Так вот кто сплетни распускает!
– А вы уверяли, что ваша бывшая возлюбленная держит рот на замке, – заявила я и повернулась к мужу.
– Простите за выпад этого наглеца. – Делмар сглотнул. – Юный ублюдок пару лет назад унаследовал состояние своего дяди и с тех пор регулярно нарывается на неприятности, лезет в постель к чужим женам и проигрывается в карты. Однажды он доиграется, и его пристрелят на дуэли.
– Не стоит извиняться за него, – покачала я головой.
– Все равно придется его проучить, – нахмурился мистер Ривс. – Никто не смеет безнаказанно распускать сплетни про мою семью. Будьте уверены, Винсент получит сполна.
– Мне кажется, ему хватило отдавленной ноги. – Я слегка испугалась за судьбу юного грубияна, слишком уж мстительно сжал ладонь в кулак мой супруг.
– Нет, так легко этот сопляк не отделается, – категорично отозвался Делмар. – Вы же не думаете, что я проглочу оскорбление и позволю подобным слухам гулять в обществе.
– Знаете, я уже сполна наслышана о придворной жизни, – вздохнула я. – Поэтому подобное поведение меня не удивляет, кругом ложь, лицемерие и обман. У моей подруги Эммы есть супруг, лорд Бошан. Вы даже, возможно, лично с ним знакомы, он член парламента и, кажется, выдвигался на пост министра образования. Этот мерзкий тип женился на Эмме, а после свадьбы объявил, что состоит в связи со своим другом и желает, чтобы жена рожала детей от них двоих, представляете! Конечно, Эмма навешала этим голубкам тогда пинков. Смысла рассказывать о том, что семейной жизни пришел конец, конечно, нет?
Я деликатно умолчала, что после того, как подруга пришла ко мне и рыдала несколько часов на плече, я, разъяренная, помчалась в их дом и в грубой форме, используя зонтик в качестве аргумента, высказала Руперту все, что о нем думаю. С тех пор я стала там нежелательным гостем.
– Да, нелегко вашей подруге, – согласно кивнул мистер Ривс. – Но браки обычно заключаются по семейным или политическим интересам, супругам приходится уживаться вместе, и у многих это с успехом получается.
– Но у Эммы не получилось, хотя ее вины в этом нет, – заявила я. – Развестись она не хочет по той же причине, что и вы, – боится, будто ее перестанут принимать в обществе, а по мне, так ну его, такое общество, псу под хвост.
Нашу беседу неожиданно прервала абсолютная тишина, воцарившаяся в зале. Легкая музыка стихла, разговоры прекратились, гости приосанились и расступились, пропуская вошедшую королеву. Ее величество Эдвина была облачена в закрытое темно-синее платье; черные волосы, обильно тронутые сединой, собраны в высокую прическу и украшены сияющей тиарой. Королева прославилась своим невероятно ханжеским характером и чопорностью.