– Я вас понял, мисс Эвинсель, – кивнул Делмар. – Можете быть спокойны, я не такая скотина, как вы обо мне думаете, и не потребую вернуть деньги, потраченные на вас.
Я облегченно вздохнула и, развернувшись, последовала к дверям.
– Странная она все-таки девушка, – послышался за спиной тихий голос мужа. – Обычно дамы, не стесняясь, требовали с меня подарки, дорогие украшения, а эта собирается компенсировать деньги, потраченные на тряпки, которые к тому же заказала для нее моя матушка.
– Возможно, она не хочет быть у тебя в долгу, – сделал предположение Ардет.
– А мне, наоборот, хочется, чтобы Каринтия была у меня в долгу, – хмыкнул Делмар. Но эту фразу я уже не услышала, так как бежала в свои покои.
– Леди Каринтия, проснитесь!
Я резко села в постели и зажмурилась от яркого света, который бил прямо в глаза. Возле окна стояла Грейс, она распахнула портьеры, впуская в комнату теплые солнечные лучи.
– Который час? – Я не удержалась от зевоты и уставилась на горничную, которая уже отошла к столику и расставляла на нем столовые приборы.
– Девять утра, моя госпожа, – нарочито бодрым голосом отозвалась Грейс.
– Так рано, – вздохнула я и снова упала на подушки. – Еще полчасика можно поспать.
– Я принесла завтрак. – Грейс воспользовалась убийственным аргументом.
Я нехотя вылезла из-под одеяла и, накинув халат, поплелась к столу. Усевшись на стул, потерла глаза и постаралась сосредоточить взгляд на еде. Горничная с видом фокусника подняла крышку с тарелки, и я недоуменно уставилась в неаппетитную кучу каких-то зеленых водорослей, плавающих в желе, очень похожем на сопли по цвету и по консистенции.
– Это что за гадость? – Сон как рукой сняло. Они что, решили поиздеваться надо мной? Не иначе проделки мистера Ривса.
– Ростки авелы в собственном соку, – хмыкнула Грейс. – Приказ ее светлости, чтобы вы были бодры и живот не пучило.
– У меня вроде все нормально с пищеварением. – Я скривилась от мерзкого вида еды.
– Попробуйте, это очень тонизирует. – Грейс ненавязчиво подтолкнула тарелку ко мне поближе. – Ее светлость сказала, что для вашего бального платья требуется максимально тонкая талия, придется туго затягивать корсет, наедаться нельзя.
– Вот пусть леди Мадлен сама это ест, – решительно заявила я. Вот же прохиндеи, лишили последней радости. Интересно, что свекровь скажет, когда я на приеме прямо при королеве накинусь на закуски и смету половину фуршетного стола.
– От авелы у вас будет сытость, и желудок не будет бурчать от голода, – в последний раз Грейс попыталась воззвать к моей совести, но я сомкнула губы и отвернулась. Не буду эту бурду есть, и все.
– Может, ты мне умыкнешь с кухни хоть булку с маслом? – жалобно попросила я.