И на этот раз, можешь быть уверен, я из нее все жилы вытяну, — кровожадно пообещал Крячко, поворачивая ключ, — сколько сейчас времени?
— Уроки как раз начались, — прикинул Лев Иванович, глянув на часы, — так что имеем шанс застать ее одну, поговорить спокойно. А там видно будет.
Однако Станислав был настроен не просто решительно, но прямо-таки воинственно:
— А пусть и не одну, и не спокойно. Хватит с ними нянчиться. Под боком ходячая бочка с гексагеном, или что там. Не важно. Мы же все деликатничаем. Вот ну как ей еще кто помешает, а этот кто-то на работу через мостик вон тот, над шлюзом, ходит.
— Теряем время, — напомнил Гуров, невольно улыбнувшись, — меня-то ты в чем убеждаешь? Я с тобой согласен.
И вот снова знакомая площадка, только теперь уже совершенно ничего не напоминает о происшествии. Вот разве что рядом с новенькой дверью в квартиру Романова появился подключенный видеоглазок.
«Сережа осваивается. И кто ж его теперь осудит?»
Позвонили в дверь старой учительницы. На этот раз пришлось ждать довольно долго, пока она добрела, стало быть, верный расчет, и Аленушка на службе.
«Непросто будет старушке, — подумал Лев Иванович, — так-то можно было бы рассчитывать на соседей, но с учетом того, как она относится к Романовой-Лайкиной… да и та, надо думать, платит ей взаимностью… при таких «добрососедских» отношениях как можно рассчитывать на всестороннюю поддержку?»
Дошла-таки престарелая Анна Георгиевна, открыла дверь. Ничуть не удивившись, произнесла грустно:
— Долго же вы до меня добирались, молодые люди.
— Вы что ж, нас раньше ждали? — уточнил Крячко.
— Как вам сказать. Для начала зайдите.
— Полагаю, вы достаточно освоились тут, на кухне, так что похозяйничайте уж сами. — Анна Георгиевна, опираясь на палку, устроилась в кресле.
Станислав, не заставляя себя просить, быстро отыскал жестянку с кофе, которую приметил еще с прошлого визита. На удивление вкусный напиток.
— Итак, Анна Георгиевна? — ободрил Гуров. — Поговорим, время у нас немного. Чтобы его не терять, спрошу прямо: известно ли вам о подоплеке несчастных случаев с девочками десятого «А»?
Тонкие, старчески бескровные губы начали было жевать, но хозяйка немедленно пришла в себя, надлежащим образом их поджала.
— Я могу не отвечать?
— Можете. Вы все можете, — заверил Станислав, — и даже — формально, по крайней мере, пока — не рискуете быть обвиненной в том, что, например, строите препятствия следствию, покрываете убийцу…
— Вы не можете утверждать…
— Могу. Именно убийцу. Ведь это Аленушка Белова, преданная своему делу химичка…
— Учительница химии.
— Это как вам будет угодно. Именно Елена свет-Васильевна виновна во взрыве в квартире Романовых.
— И вы это можете доказать? — Она глянула поверх очков.
Ну и взгляд.