Он действительно не мог объяснить мальчику, что его рассказ вдруг словно зажег свет в конце темного тоннеля. У Гурова теперь был ориентир, куда двигаться в своем расследовании.
За рулем Лев набрал номер Крячко:
— Ну что, есть результат, поделишься?
На том конце провода раздался довольный голос коллеги, радующегося хорошему улову:
— Ты в точку попал, Лев! Все трое внуков Ольги Романчук приобрели квартиры за последние полгода! Я сейчас к ним еду, расспрошу, откуда такое богатство у скромного архивариуса на пенсии. Но, думаю, услышу в ответ лишь историю о наследстве или внезапном выигрыше в лотерею.
— Давай с ними потом, думаю, что Романчук, скорее всего, скрывала от близких свои доходы. Что там со списком сотрудничающих фирм, можешь к вечеру организовать? Думаю, что я почти нашел связь между всеми пропавшими. Еще немного! Я приеду вечером и все расскажу.
Станислав тяжело вздохнул:
— Я так понимаю, что вечером будет совещание, предупрежу супругу, — и тут же хохотнул. — По голосу слышу, что наш сыщик взял след, теперь никто уже не спасется. Ладно, сейчас свяжусь со всеми и устрою тебе эту угадайку. До связи.
— Давай, я уже на месте. Через пару часов тоже буду, — отозвался Гуров и положил трубку.
Впереди за лобовым стеклом перед ним молчал дачный поселок «Солнечный». Сегодня там было еще тише, чем обычно. То ли жители испугались пожара, то ли сезон дачный среди владельцев утлых стареньких домишек подошел к концу, но сегодня на улицах поселка звенела тишина. Лев ничего не слышал, кроме шороха листвы да скрипа гравия под ногами. Постройки вокруг казались мертвыми, он сразу вспомнил экологический город будущего на даче у инженера Рогача, где все, наоборот, двигалось, переливалось, жило. На черном пепелище опер аккуратно пробрался к железному спекшемуся остову печки и вытащил из кармана припасенную отвертку. Четверть часа он с тихими ругательствами усердно пытался отсоединить заслонку печи. На ладонях уже покраснели натертости и волдыри, Лев забыл об аккуратности и всеми подручными средствами стучал по воткнутому острию, не замечая, что одежда и руки перемазаны в саже. Наконец с глухим треском искореженное железо поддалось, отошло в сторону и обнажило нетронутые пламенем внутренности. В узком проеме печи лежал плотный пакет, многократно обернутый в упаковочную пленку. Гуров осторожно, кончиками пальцев, подцепил краешек и начал распаковывать находку. У него в руках была пачка фотографий, которые, по всей видимости, сделал на свой фотоаппарат Митя Плесов. Но на снимках Лев не увидел ничего особенного: еще заснеженный лес; черные столбики деревьев торчат в весенних проталинах; пара редких подснежников; крошечные птички уселись стайкой на черном пятачке земли.