Пусть им мало кто пользуется…
— Неудобно подниматься по ступенькам, — дополнил Сафонов, — да и пошаливают в темное время.
— Приятно придавить старших местным материалом, понимаю, — кивнул Крячко, — раз вы так настаиваете, уточню: вам известно, какой дорогой шла в день происшествия Романова? Вот и отработайте этот маршрут, а остальные носом рыть необязательно.
— Хорошо, — покладисто кивнул Сафонов.
Что ж, и то хлеб. Быстро соображает, не выпендривается, не цепляется к пустякам. Вообще этими двумя полковники были довольны. Хитрованы хитрованами, но работали на совесть, а то и с перевыполнением.
Быстро, споро отработали полигон, склады завода пиротехники (пусто). Получив задание прочесать воинские части на предмет фиксации пропаж, хищений взрывчатых веществ, несанкционированного доступа на полигоны и прочее, они управились без лишних вопросов и нытья. Причем прихватили не только три части на территории городского округа, но и еще две, прилегающие к границе района. И снова пустота — ни по официальной линии, ни по неофициальной (мало ли, кому рыбу глушить, оба опера были, как выяснилось, в полной гармонии с командным составом), — и снова ничего. Пусто. Ни пропаж, ни хищений не выявлено.
Станислав Васильевич, критически осмотрев личный состав еще раз, нашел, что необходима еще большая конкретизация:
— Ваша задача: установить всех граждан, которые имеют обыкновение ходить этой дорогой на станцию или возвращаться с электрички. Не просто установить, но и составить списки, выявить связи с семейством Романовых — в общем, пропустить через дознание. Подчеркиваю еще раз, жирными двумя чертами: нужны те, для кого именно этот маршрут являлся повседневным!
— Для подобной работы людей маловато, — резонно заметил Сафонов.
— Немного, — согласился Станислав, — зато все мы тут редкие молодцы, знакомые с местным населением да колоритом. Я ничего не упустил?
Сафонов ухмыльнулся, Зайченко пожал плечами.
— Вы же не просто так включены в группу, и работники вы опытные — вот и присмотритесь: кто из простых смертных мог бы заинтересовать загадочного бомбиста. Всего-то три тысячи населения, исключаем инвалидов, стариков и детишек…
— Почему три-то тысячи? — почему-то удивился Сафонов. Нет, все-таки цепляется к мелочам.
— Хорошо, пусть будет две тысячи восемьсот, — поправился Крячко и хотел добавить кое-что по сути, но Зайченко пояснил:
— Товарищ полковник, мы не давим местным материалом, но объективно имеется еще порядка двадцати тысяч с той стороны канала.