В ночной тиши комнату прорезался холодный свет лампы. Медленно медсестра вводила иглу под предплечье, точно точила острым остроконечным ножом на поражение душевную связь жертвы и убийцы. Голова безжизненно свалилась на столик, оставляя за собой мерцание тени.
– Если народ узнает, что правительство нарушает тот самый акт, на основании которого оно и существует, останется только признать, что наша форма управления государством недейственна.
– Ну, в таком разе я ничего не говорил. А вы ничего не слышали.
– Конечно, нет.
– Так в чем проблема?
– Просто мне это не нравится, и все. Как можно остановить эту штуку?
– Один телефонный звонок, и они уходят в тень.
– Я так понимаю, что этот звонок включит механизм их уничтожения.
– Думаю, что так. У них в этой штуке больше предохранительных клапанов, чем в самогонном аппарате.
– Но вы говорили, что в принципе я могу обратиться к ним и предложить заняться тем или иным делом?
– Ага. Но у них и так дел сверх головы. Да и берутся они только за то, что угрожает Конституции, или не может быть выполнено никем другим. Иногда очень забавно угадывать, в чем они задействованы, а в чем – нет. Через некоторое время вы такое гадание освоите.
– Вчера ночью мне пришло в голову: а что, если руководитель этой группы решит захватить власть в стране?
– В вашем распоряжении всегда есть телефон.
– А если он задумает убийство президента?
– Только вы и никто другой можете дать добро на подключение специального человека, который должен будет это сделать. Это тот самый «второй», что в курсе дел. Он – единственный исполнитель. Только один человек. В этом-то и страховка. Черт, я понимаю ваше состояние! Посмотрели бы вы на мою физиономию, когда мне нанес визит руководитель этой группы.
Он повернулся к толпе, улыбнулся и добавил:
– Особенно вашему!
Криво улыбнувшись, он благосклонно кивнул толпе. Рядом с машиной пыхтели телохранители из секретной службы.
– Прошлой ночью я задумался над тем, что будет, если глава этой группы внезапно умрет?
– Понятия не имею, – ответил техасец.
– Честно говоря… все это меня несколько тревожит, – сказал вновь избранный президент и, подняв брови, вздернул голову и помахал рукой, будто увидел в толпе знакомое лицо. – С тех пор, как вы мне об этом рассказали, я места себе не нахожу.
– Можете в любое время положить этому конец, – сказал техасец.
– Этот их единственный исполнитель, должно быть, настоящий профессионал. Я имею в виду того, кто ходит на задания.
