И решать, как Заракская империя станет жить дальше, буду тоже я.
— Если у тебя хватит на это сил, — не удержался я от реплики.
— А кто мне помешает? За мной сила, причём не личная, а финансовая. За мной стоят серьёзные люди. У меня есть возможность заинтересовать герцогов и избавить себя от мести. Я знаю, как можно договориться с генералом Хабенским и что ему предложить. Меня даже верховный епископ поддержит, если такое понадобится. Всё это есть у меня, а что есть у тебя, эрцгерцог? Признаю — есть личная сила. Есть странная магия, которую я не понимаю. Есть ученик, сила которого пугает до дрожи в коленках. Но вас всего двое. Так империю не удержать от развала. Даже если тебе удастся удержать её от внутренних противоречий, как ты защитишь её от шурганцев или калиманцев? Они в лицо будут клясться в вечной дружбе, а по факту явятся сюда со всеми войсками сразу, как только почувствуют слабину. Или тёмные. Не забывай — Стены больше нет. Твари практически захватили северный регион, оставшимся без защитников после нашествия каменоидов, но нашему горячо любимому императору нет до этого дела. Его заботит лишь то, что вас двоих никак не получается схватить и уничтожить. Приказ о том, чтобы генерал Хабенский явился к Кострищу, отдан именно Зурганом Первым. Это не личная прихоть генерала.
— Империя не признает ни нас, ни тебя, — спокойно заметил Кималь Саренто. — Людям хватило одного узурпатора, чтобы понять главное — только истинный наследник способен управлять империей. Тот, кого готовили к этому с детства. Мы выскочки, граф Шубной. Ты, я, мой хмурящий брови наставник. С нами считаться не станут.
— Да, наслышан о том, что юная принцесса находится в Кострище, наслышан. Вот только менять Зургана на Миральду — это как менять одну сломанную палку на другую, не менее сломанную. Вы сидите в своём Кострище и не видите, во что превратилась империя всего за три месяца правления этого толстяка. Она держится на честном слове и воле тех, кому она небезразлична. Во главе должен стать тот, кто умеет не только управлять, но и принимать взвешенные решения, основанные на интересах всей империи, а не отдельных её представителей. Такой человек, как я, вполне сгодится для этой роли. Но ты прав, эрцгерцог, общественность меня не примет. Как не примет и тебя.
— Поэтому действующей принцессы здесь нет? — на всякий случай осмотрелся Кималь Саренто. — Зуб даю — её даже во дворце уже нет.
