– Будете должны мне тридцать евро, – перекрикивая музыку, заявил Снейдер.
– Да, любимый, – ответила она, но он сделал вид, будто не услышал.
Через занавес они прошли к бару. Помещение пронизывал мигающий оранжевый и темно-фиолетовый свет. Под потолочным сводом висела люстра с электрическими свечами, на стенах эротические картины в неоновых красках. Старая каменная кладка, но психоделический интерьер. Внутри пахло табаком и травой – что наверняка нравилось Снейдеру.
На танцполе еще никого не было, но у барной стойки уже собралось несколько клиентов с напитками. Правда, они напоминали не столько гостей, сколько сутенеров.
Когда Сабина последовала за Снейдером к бару, диджей включил песню группы U2.
– Что вы хотите выпить? – спросил Снейдер.
Сабина покосилась на доску с напитками.
– Adios Amigo.
Снейдер удивленно приподнял бровь.
Она улыбнулась.
– Я могу пить что хочу, я не на службе.
Снейдер передал барменше оба талона на напиток.
– Два Adios Amigo.
Женщина пошла к холодильнику и достала несколько бутылок, чтобы смешать напитки.
Сабина быстро перегнулась через стойку, потом начала двигать бедрами под музыку U2.
– Рад, что вы так хорошо развлекаетесь, – проворчал Снейдер.
Сабина танцевала рядом со Снейдером, опасно прижимаясь к нему телом.
– Женщина на полголовы ниже меня, – сказала она, когда их щеки соприкоснулись. – К тому же она хромает.
– Я заметил, – ответил Снейдер. Затем приблизился к Сабине. – Возможно, у нее протез.
– Мне тоже так кажется. Что будем делать?
Снейдер залпом осушил свой бокал и поморщился.
– Продолжайте танцевать и наблюдайте, – прохрипел он. – Но следите, чтобы никто не заметил ваше оружие. У вас наручники тоже с собой?
Она помотала головой:
– Только кабельные стяжки.
– Этого достаточно.
Сабина тоже сделала глоток бурды, но решила, что заведение может оставить этот бесплатный напиток себе.
Через полчаса бар наполнился. Две трети гостей были мужчины с пухлыми кошельками. Остальная часть – расфуфыренные высокие женщины лет тридцати или чуть старше, однако Сабина не была уверена, что за тем или иным густым макияжем не скрывается трансвестит.
– Становится интересно, – сказал Снейдер. – Только что заявились пять трансов.
Между тем уже звучала песня Depeche Mode.
– Почему вы так уверены?
– У женщин не такие выдающиеся кадыки.
Барные стулья перед стойкой заполнялись, и Сабина и Снейдер должны были защищать свои места. Она заметила, что Снейдер все сильнее бледнел. Наверное, сейчас ему больше всего хотелось воткнуть в ладони акупунктурные иглы против головной боли и покрутить их.
– Вам нехорошо?
– Я ненавижу толпы. К тому же могу работать, только если вокруг не слишком много людей, которые лишают меня кислорода.