О чем именно идет речь?
– О письмах, которые доктор Ян посылал Белоку.
– Письма из тюрьмы… – Она задумалась. – Насколько я помню, Ян отправил Белоку два письма. Одно Белок действительно получил, второе было перехвачено сотрудниками тюрьмы. Обычное явление, что Белоку пытались оборвать контакт с внешним миром. Не очень легально, но все-таки мужчина убил в восьмидесятых годах в Лейпциге несколько детей, а многие охранники в Вайтерштадте отцы семейств.
– Почему Ян ему вообще писал и на что ссылаются эти ответы? – поинтересовалась Сабина.
– В определенном смысле они были коллегами. Белок детский врач, а Ян гинеколог. Белок определенно болен, Ян с большой вероятностью тоже. Он восхищается Белоком и очарован его поступками, поэтому однажды навещает его в Вайтерштадте. Но Ян не убийца. Однако кто-то пытался повесить на него убийства «Многоножки».
– И отправил Яну письма от имени Белока, – закончила Сабина. – Но зачем?
– Либо чтобы мотивировать его на это преступление в Берлине, либо чтобы подсунуть его уголовной полиции в качестве подозреваемого.
– Но кто-то должен был прочесть те письма Яна, чтобы суметь ответить на них соответствующим образом, – предположила Сабина. – И этот кто-то должен был или иметь связи на почте, или работать в тюрьме.
– Мы проверяли, но никого не нашли, – вмешался Снейдер.
– Почему Яна отпустили?
– Ян чуть было не отправился за решетку, – объяснила Ауэрсберг. – Но в последний момент его оправдали из-за нехватки доказательств. Суд выяснил, что прокуратура поручила сделать судмедэкспертизу таким образом, чтобы представить дело не в пользу гинеколога и быстрее вынести обвинительный приговор. Кроме того, в доме Яна нашли несколько писем с ничего не говорящим содержанием, которые он получил из тюрьмы Вайтерштадт. Они даже не были подписаны рукой Белока.
– Это в очередной раз говорит о том, что кто-то пытался его подставить. – Голова Сабины была готова в любой момент задымиться. – Если резюмировать, можно сказать, что настоящий убийца хотел либо вдохновить нашего доктора Яна на преступление, но в итоге совершил его сам. Либо просто хотел сделать Яна козлом отпущения для полиции.
– Или что Ян – хотя я считаю это маловероятным – убил сам, – добавила Ауэрсберг. – Запутанное дело, в котором возможны все варианты.
– Нам стоит поговорить с доктором Яном, потому что, похоже, он один может разрешить загадку остальных писем.
Ауэрсберг с сожалением покачала головой:
– С тех пор как его оправдали, он отказывается от любых встреч и ни с кем не общается. Чтобы допросить Яна, прокурору необходим судебный ордер на арест – а его вы так легко не получите.
У Сабины заходили желваки. Она не узнала ничего нового.
Тут зажужжал телефон Снейдера.