Автор
В темноте и отчаянии она бежит, воздух пронизанный непривычной жарой и сыростью врывается в легкие. Колючки и шипы царапают ее, каждое движение вызывает новый ран. Где бы она ни была, всегда холодная земля под ногами и запах болота нарастает с каждым шагом.
Мужчина тоже сел в машину.
– Помогите! – крикнула она из последних сил.
Мужчина завел мотор. Она подбежала ближе и оказалась в тени дома, дрожа всем телом. Автомобиль тронулся с места и на секунду осветил ее фарами. Затем снова наступила темнота.
Когда автомобиль, взвизгнув тормозами, остановился, она в изнеможении упала. Она чувствовала траву и землю на губах. Ее веки дрожали.
Хлопнула дверь, и кто-то направился к ней.
– Отто, мне не показалось! Иди сюда! Здесь кто-то лежит.
Женщина опустилась рядом с ней на колени.
– Это ребенок. Ей не больше десяти лет.
– Господи! – воскликнул мужчина. – Девочка же абсолютно голая и ужасно исхудавшая.
– Принеси плед из машины. Отто, ты только взгляни на ее спину. О боже, почти вся спина! – ужаснулась женщина. – Я такого никогда не видела. Ради всего святого, что с ней произошло?
– Кто мог сотворить такое? – пробормотал мужчина.
– Пожалуйста, не прикасайтесь! – закричала она.
– Отто, посмотри. Она шевелит губами. Что с тобой произошло?
– Помогите же мне!
– Что с тобой случилось, девочка? Скажи что-нибудь.
– Оставь ее, – буркнул мужчина. – Ты же видишь, что она не говорит. Я думаю, она немая. Помоги мне, ей срочно нужно в больницу.
Женщина поднялась и опасливо посмотрела в сторону лесной опушки.
– А не та ли это девочка, которая пропала здесь год назад?
I. С воскресенья, 1 сентября, по понедельник, 2 сентября
Вся жизнь есть страдание.
Артур Шопенгауэр1Большую часть года Висбаден казался местом, где никак не может произойти ничего плохого, – умиротворяющий образ складывался из школ, больниц, реабилитационных клиник, аллей и широких торговых улиц.
Но в этот ночной час курорт с термальными купальнями и минеральными источниками погрузился в глубокий сон и демонстрировал совсем другую свою сторону. Дождь хлестал в лобовое стекло машины Сабины, и фары лишь едва выхватывали из темноты размытые фасады домов."
"«Дерьмовая погода!» С волос Сабины стекала вода, одежда промокла до самого нижнего белья.
Пять часов назад она выехала из Мюнхена и слушала в машине радио.
