Автор
В темноте и отчаянии она бежит, воздух пронизанный непривычной жарой и сыростью врывается в легкие. Колючки и шипы царапают ее, каждое движение вызывает новый ран. Где бы она ни была, всегда холодная земля под ногами и запах болота нарастает с каждым шагом.
Он перестроился в левую полосу и нажал на газ.
– Она выделила для вас целый день.
– Вы тоже будете с нами? – спросила Сабина.
– По крайней мере, первый час – зависит от того, поможет ли нам ваша информация. В любом случае Дитц собирает у себя дома специальную комиссию для нас.
– Вы уже сейчас хотите поговорить о деле? – Сабина прикрыла рукой рот и зевнула. – Извините…
– Нет, приберегите силы. Нас ждет напряженный день. Вы выглядите усталой. Хотите поспать?
– Да, спасибо, я почти не спала сегодня.
– Без проблем.
Сабина скатала куртку и прислонилась головой к боковому стеклу. В следующий момент у нее сами собой закрылись глаза.
Сабина проснулась, когда Хаузер заглушил мотор. Они припарковались рядом с внедорожником. Дом прокурора Дитц – с частным пляжем и деревянным причалом, на котором лежало водолазное снаряжение, – стоял прямо на берегу озера. Неподалеку на волнах покачивался гидроцикл. Местность к востоку от Вены была равнинной. Волны сверкали на солнце. Всего в нескольких сотнях метров виднелась пристань с яхтами.
Только Хаузер и Сабина сделали несколько шагов по участку, как из дома через дверцу для собак выскочил золотистый ретривер и бросился им навстречу. Он поприветствовал сначала следователя, который вздрогнул, потом обнюхал Сабину.
– Боитесь собак? – спросила Сабина.
– Меня однажды укусил пес.
– На службе?
– В пятилетием возрасте.
Навстречу им вышла высокая женщина лет сорока, с длинными каштановыми волосами. Она была одета в кроссовки и темно-синий спортивный костюм с капюшоном.
– Мелани Дитц, – представилась она и протянула Сабине руку.
Когда Сабина прекратила гладить пса, тот прижался телом к ее ноге и принялся тыкаться в нее мордой.
– Да, молодец, мой хороший, – сказала Сабина и почесала его за ухом. – Еще совсем молодой?
– Три года, – ответила прокурор. – Ее зовут Шейла.
– Как кошачий корм?
– Именно.
– Она терапевтическая собака для детей с психологическими травмами, – добавил Хаузер.
Прокурор бросила на Хаузера удивленный взгляд, который Сабина не смогла правильно истолковать.
– Пойдемте в дом, – предложила Дитц и направилась первой.
– У вас в этом сарае стоит яхта? – спросила Сабина.
Женщина помотала головой:
– Это мастерская моего мужа. Он подойдет позже.
– Судебный репортер с мастерской? – размышляла Сабина.
Дитц засмеялась.
– Герхард разносторонний. Он достает со дна озера металлолом и потом переплавляет его в так называемые… – в воздухе показала кавычки, – произведения искусства.
