Автор
В темноте и отчаянии она бежит, воздух пронизанный непривычной жарой и сыростью врывается в легкие. Колючки и шипы царапают ее, каждое движение вызывает новый ран. Где бы она ни была, всегда холодная земля под ногами и запах болота нарастает с каждым шагом.
– Тем самым Ингрид отказалась не только от пенсии вдовы, но и от пенсии по сиротству для Клары?
Хаузер кивнул.
– У Рудольфа Брайншмидта свой магазин электротоваров на краю города, который приносит неплохой доход.
Мелани с трудом произнесла следующий вопрос, но она поклялась вести расследование объективно и без эмоций.
– От чего умерла мать Клары?
Хаузер взглянул на своих людей, те посмотрели на врача.
– Насколько я знаю… – Доктор откашлялся. – Ее привезли в Общую больницу Вены с нарушениями сердечного ритма… Возможно, инфаркт.
– «Возможно»? Выясните это для меня, пожалуйста.
– Без постановления суда невозможно получить доступ к медицинским картам каких-либо пациентов.
– Попытайтесь. – Мелани собрала свои документы. – Есть еще вопросы?
Никто ничего не сказал. Шейла навострила уши. Она чувствовала, что совещание закончилось.
8Несмотря на яркие указатели, путь по этажам и стеклянным коридорам Федерального ведомства уголовной полиции был настолько запутанным, что даже собака-ищейка заблудилась бы по дороге в бюро президента Хесса.
У Сабины было время, чтобы переодеться, и она выбрала свой стильный темный костюм. Наконец-то найдя путь к кабинету Дитриха Хесса и поднимаясь в лифте, она подумала о коротком телефонном разговоре, который незадолго до этого состоялся у нее с доктором Лауренцом Беллом из Висбаденского госпиталя Святого Иосифа.
"Назвав свой служебный номер, Сабина представилась сотрудницей БКА и одновременно подругой Эрика Дорфера и сделала вид, что у них отношения. Иначе ей было никак не заполучить информацию. Кроме того, ее запомнили охранники; и, видимо, этого оказалось достаточно доктору Беллу. Чем больше он рассказывал об Эрике, тем сильнее у нее сжимался желудок. «Пуля повредила несколько сосудов и все еще находится в голове. Кровь из раны попадает в мозг и давит на нервные ткани, из-за чего возникает дополнительный отек, который в свою очередь давит на ствол головного мозга».
Раздался звуковой сигнал, и двери лифта открылись. Кабинет Дитриха Хесса находился в конце коридора. Его секретарша сразу же провела Сабину к нему.
