Автор
В темноте и отчаянии она бежит, воздух пронизанный непривычной жарой и сыростью врывается в легкие. Колючки и шипы царапают ее, каждое движение вызывает новый ран. Где бы она ни была, всегда холодная земля под ногами и запах болота нарастает с каждым шагом.
«Слишком опасно! В худшем случае мои внуки будут расти сиротами». Какой бред! Но в итоге он оказался прав и сейчас получил моральное удовлетворение.
Они подошли к курилке, за молочным стеклом стоял дым.
Белл вошел внутрь.
– Вы ведь не против?
– Нет, – солгала Сабина. Через несколько минут от нее будет вонять как после портового кабака, но, видимо, это единственная возможность поговорить с Беллом.
Врач сунул в рот сигарету и сильно затянулся. Тут же зашелся кашлем – казалось, он в любой момент выплюнет часть лёгкого.
– Хорошая новость… – задыхаясь, продолжил Белл и вытер слезы тыльной стороной ладони. – Отек в головном мозге Эрика спал. Позавчера мы начали выводить его из комы, но фаза пробуждения длится некоторое время. Час назад коллега из отделения неврологии коммуницировал с ним.
Коммуницировал? Сабине стало не по себе.
– А плохая новость?
– Лишь теперь мы можем оценить масштаб повреждения. – Он постучал пальцем по лбу. – Пуля попала в левое полушарие головного мозга, в речевой центр.
"Сабине показалось, что Белл дал ей несколько секунд, чтобы переварить информацию. Но она подозревала, что это еще не все.
– Он не может ни читать, ни писать, ни считать, – продолжил Белл.
Комната стала сжиматься вокруг Сабины, и стены грозили вот-вот навалиться на нее. Она оперлась о стол. И попыталась отогнать от себя образ Эрика, лежащего на кровати с перевязанной головой. В следующий момент она снова взяла себя в руки.
– Это ведь можно восстановить?
Белл скривил рот.
– Такое нарушение речи называется афазия. При правильной терапии, возможно, он снова овладеет многими навыками.
Возможно!
Сабина покосилась через стеклянную дверь в коридор, где находилась палата Эрика.
– Когда я могу с ним…
Белл покачал головой:
– Ваши коллеги из БКА хотели допросить его сегодня утром, но когда Эрик осознал, что не может ни говорить, ни писать, он так разнервничался, что нам пришлось дать ему сильное успокоительное.
Сабина вопросительно посмотрела на него.
– Лоразепам. Мы должны были действовать быстро, пока он не начал буянить, – добавил Белл. Это прозвучало как оправдание. – В настоящий момент он спокойно спит.
После очередного приступа кашля Белл, очевидно, заметил ее вопросительный взгляд и решительность.
– Больше я ничего не могу сказать вам в данный момент. – Он затушил сигарету. – Хотите на минуту зайти к нему?
Сабина кивнула.
