Автор
В Смягчающие обстоятельствах жаркая городская жизнь взорвалась новой трагической случайностью: три здоровенных битюга оказались застрявшими в машине. Вокруг распространяются слухи, но реальность оказывается еще более удивительной и напряженной. Этот роман посвящен людям, пытаясь выжить в условиях бескрайнего хаоса и необъяснимых событий....
— Пишет явку с повинной. Это будет еще одним смягчающим обстоятельством.
— А что, есть и другие?
Через толстое стекло, делившее дежурную часть пополам, Крылов посмотрел на склоненную голову Элефантова, стекающие по лбу капли пота, закушенную до крови губу.
— Есть. Да ты и сам знаешь — их здесь целый вагон.
И, вспомнив любимую присказку следователя, добавил:
— И маленькая тележка.
— Сейчас приеду, — вздохнул на другом конце провода Зайцев. — Если бы ты знал, как мне не хочется вести это дело.
— Знаю.
Крылов не испытывал ни малейшего удовольствия от успешно завершенного расследования, скорее наоборот — усталость и раздражение, как бывало при неудачах.
— Сообщи родственникам о задержании, — попросил он Гусара. — Скажи, что могут принести передачу.
Он поднялся в свой кабинет, развалился на стуле, закрыл глаза.
Все-таки Старик в очередной раз оказался провидцем. Старик! Его как током ударило!
— Мне кто-нибудь звонил? — нервно спросил он в трубку внутренней связи.
— Нет, — удивленно ответил дежурный — Я бы передал…
Черт! Старик должен был сообщить, что у него все в порядке. Правда, в кабинете никого не было, но он бы обязательно перезвонил дежурному!
Все это Крылов додумывал на бегу. Через минуту оперативная машина мчала его по известному адресу. Но он безнадежно опоздал.
Надежда Толстошеева вернулась через полчаса. В авоське она принесла булку хлеба, кусок колбасы и бутылку вина — вся улица могла видеть, что она собирается хорошо угостить гостя, как и положено доброй хозяйке.
— Покушайте, дедушка, проголодались небось с дороги, — ворковала она, накрывая стол, — и винца по рюмочке выпьем, за приезд к нам…
Дед Макогонова для приличия отказывался, говорил что-то про котлеты в вокзальном буфете, но видно было — закусить он не прочь, а уж против выпивки и подавно не возражал.
Надежда Толстошеева подливала умело: ее рюмка оставалась полной, а Старик, который пил только водку да когда-то давно спирт и шнапс, скрывая отвращение, прикончил бутылку сладковатого дешевого портвейна.
Он отметил нервозную суетливость хозяйки, поймал быстрый оценивающий взгляд на опьяневшего деда Макогонова, ощутил спад владеющего ею возбуждения и понял, что скорее всего она звонила из автомата возле магазина, получила определенные инструкции, добросовестно их выполнила, и теперь дело приближается к развязке.
