В темном море вспыхивает маяк — и сразу же начинается история Райки Фунткиной, врача, устроившейся смотрительницей за этой необычной башней. В рождественскую вьюгу над ним свисают грозные тучи, а под ледяными волнами скрываются невероятные тайны и загадки.
Накинув халат, я открыла и увидела Варежкину с фонарем.
- Ты что, еще не одета?! – возмутилась она, заглядывая через мое плечо. – Спит сиятельство?
- Спит, - я пошла к шкафу, где висели приготовленные мною вещи. – А герцог?
- Естественно… - хмыкнула Лидуня. – Даже похрапывает. Я минут десять слушала его рулады.
- А ты что: с ним в комнате была? – удивилась я.
- Нет, конечно! Ты хочешь, чтобы Мариса мне всю жизнь читала морали? – фыркнула она. – Я через час пошла проверить. Вот и все.
Но веры ей не было.
Я оделась, и мы вышли в темный коридор. Со стороны лестницы виднелся слабый отблеск свечи, пляшущий на побеленных стенах оранжевыми всполохами.
- Сэр Брумс уже ждет, - прошептала Варежкина. – Теперь охране бы не попасться!
Но к тайной комнате мы пробрались без приключений. Как только двое охранников пошли обходить маяк, наша троица помчалась к колодцу, увязая в сугробах. Люк тоже засыпало приличным слоем снега, и мы потратили минут десять на то, чтобы разгрести его.
Спустившись вниз, я вдруг почувствовала довольно ощутимый укол страха. Словно предупреждение, от которого сжалось сердце. Но это ощущение прошло так же резко, как и появилось. Лучше не думать о плохом.
В подземной комнате гулял ветер, приподнимая тонкое полотно паутины, висящее у стеллажа с книгами. Я даже слышала шум моря, которое плескалось совсем близко, стоило лишь войти в дыру и сделать с десяток шагов.
Варежкина поставила светильник на стол и, оглядевшись, передернула плечами.
- Как здесь жутко…
Тем временем сэр Брумс начертил круг, оставив небольшой проход, нарисовал какие-то знаки в направлении сторон света, после чего зажег свечи.
- Это свечи из церкви, - объяснил ученый. – Их очень не любят злые духи.
Мы вошли в круг, и он соединил линию, словно закрывая нас внутри.
- Можете начинать.
Как только огонек светильника затрепетал под сквозняками, несущимися из дыры, мы стали призывать духа Лютера Гилмора.
И вот тут началось самое интересное… Под сводом комнаты стала собираться темная субстанция, похожая на черный туман. Она становилась все больше и больше, пока из нее не появился мужской силуэт.
Раскрыв рты, мы с Варежкиной наблюдали, как сверху опускается красивый мужчина в старинной одежде. Он был очень похож на Карлоса де ла Серда, но все же различие между ними имелось. Портрет не передавал всех нюансов.
