В темном море вспыхивает маяк — и сразу же начинается история Райки Фунткиной, врача, устроившейся смотрительницей за этой необычной башней. В рождественскую вьюгу над ним свисают грозные тучи, а под ледяными волнами скрываются невероятные тайны и загадки.
- Вот посмотрите, не даст нам жизни душа загубленная! Вслед за ней отправимся! – нянюшка громко высморкалась в большой платок. – Чует мое сердце! Беда будет!
Нам все это казалось детскими сказками. Особенно скептически ко всему этому относилась Варежкина. Она закатывала глаза, качала головой и «цокала» языком. Похоже, Лида считала себя знатоком во всех загробных делах.
Ехали мы около часа. От твердых сидений уже болела пятая точка, да и к вечеру становилось все прохладнее. Я уже готова была остановиться где угодно, лишь бы только размять ноги.
- Ну, вот и приехали… - всхлипнула Мариса, глядя в окно. – Ох… Святые угодники…"
"Я тоже отодвинула шторку, высунула голову в открытое окошко и громко ахнула, увидев нечто совершенно потрясающее. Мы въезжали на узкий перешеек, соединяющий «большую землю» с островом. Море и полное тяжелой влаги небо слились в единое целое, превращаясь в плотную стену. Ветер гнал волны, которые с каждым накатом становились все шире, хлеща многострадальный берег.
- Вот это да-а-а-а… - Варежкина пребывала в восторге. – Ничего себе место! Шикарное!
- Место, может, и шикарное, вот только жить здесь, наверное, не очень… - я всегда старалась быть рассудительной, и романтики в этом месте уж не видела.
Наш экипаж завернул за скалы, и я снова испытала восхищение от видов полуострова. Маяк окружал густой хвойник, среди которого кое-где проглядывали красные либо желтые кроны лиственных деревьев. Все это было так первобытно и мощно, что даже становилось страшно.
Конюх остановил экипаж у маяка, и, открыв дверцы, я услышала все звуки, которые царили здесь.
- А что это за ворота? – вдруг спросила Варежкина, глядя куда-то в сторону хвойника.
- Что… что… Кладбище! – снова всхлипнула Мариса. – Ох, какое соседство… Страсти! Страсти вавилонские!
- Почему же вавилонские сразу? – возмущенно поинтересовалась Лида. – Вавилон это город грехов и антихриста, а кладбище – это место упокоения.
