Все понятно, сначала нужно сломать человека психологически, чтобы легче было разговаривать. Чувствовалось, что свое дело Крепких знал. Вот сейчас парень очнется, и Федот наверняка придумает что-нибудь новенькое. Голицын этому не учил, скорее всего, подобного опыта тот поднабрался в какой-нибудь другой школе. Например, на Лубянке, там умели разговорить даже мертвого.
Федот присел на корточки и поднял голову Хавронина за волосы, тот тихо застонал.
— Как самочувствие, браток? — участливо поинтересовался Федот. Голос у него был проникновенный, как у врача из лазарета. Но уже в следующую секунду он с силой ткнул Хавронина лицом в стенку. — Кажется, тебе немного полегчало?
— Что ты от меня хочешь? — прошелестел тот разбитыми губами.
— Где они лежат?
— Ты меня оставишь в живых?
Федот достал ствол и, приставив его к виску Хавронина, сказал:
— Я вижу, что ты до конца так и не понял, с кем имеешь дело. Если я тебя пристрелю в этом сортире, так мне еще спасибо скажут, а так у тебя есть шанс. Ну?!
— Я понял… Их трое. Два человека у двери, справа. А один в глубине казармы, четвертая койка от двери с левой стороны.
— Ты ничего не напутал?
— Нет.
Федот вскинул руку и коротко опустил ребро ладони на горло Хавронина. Негромко крякнув, тот свесил голову набок.
Некоторое время Федот прислушивался и, удостоверившись в тишине, стал раздевать Хавронина. Снял с него гимнастерку, по-быстрому стянул брюки. Наклонившись, он для верности нанес еще один удар в горло. Даже через стекло было слышно, как затрещала трахея.
Это уже конец!
Поднатужившись, Федот подтащил труп к толчку и сунул его головой в дыру. Еще одно усилие, и безвольное тело плюхнулось вниз. Теперь Хавронина не достать, спрятан надежно. Быстро переодевшись в одежду Хавронина, Федот сделал несколько шагов по уборной. Беспалый невольно удивился его превращению — изменилась не только его фигура, даже походка теперь напоминала хавронинскую. И только после этого Федот убрал от двери швабру. В туалет вошел еще один боец, этот тоже появился не так давно, звали его Поликарп. Федот что-то негромко сказал ему, и он, согласно кивнув, выскочил в коридор.
Дневальный сидел на прежнем месте, слегка подремывая. Глянув вполглаза на проходившего мимо «Хавронина», он потерял к нему интерес, вновь предаваясь каким-то своим полуночным думам. И чего это людям по ночам не спится? Была бы его воля, так давил бы клопа все двадцать четыре часа в сутки!
Беспалый, стараясь не шуметь, крался вдоль стены казармы. Вот и окно. Приникнув к нему, Тимофей увидел, как Федот направился прямиком к койке Хавронина. Посмотрев на спящих бойцов, он уверенно лег под байковое одеяло, не раздеваясь. Беспалый скрипнул зубами: решил контролировать обстановку, падла! Сейчас что-то будет.