Пришлось согласиться – щелчок бойка с последующим шваркающим звуком веника по асфальту намного тише драки. Против лома нет приема, против пули подавно.
На этот раз приказ собраться у штаба застал Олега на практических занятиях по выбору места для засады внутри зданий. Короткие сборы с поездкой на аэродром завершились посадкой недалеко от Евпатории. Судя по наградам на груди экипажа и многочисленным заплаткам на крыльях и фюзеляже, самолет участвовал в боевых вылетах. Моряк с Лейтенантом встретили отряд дружескими объятиями и познакомили с новым радистом, якутом по имени Николай. После бани вместо ожидаемой немецкой формы их ожидали коричнево-зеленые френчи с брюками и короткими сапогами.
– Офицерская, времен Керенского! Прикинемся белогвардейцами! – захохотал Владимир.
– Ты кожанки на волчьем меху посмотри и шапки-ушанки из овчины. Нам лютый мороз нипочем! – восторженно воскликнул Костя.
На построении раздали красноармейские книжки с новыми фамилиями, затем сытно накормили и отправили спать. Закат принес разведчикам настоящее потрясение: им раздали парашюты с зашнурованными вещмешками и провели краткий, но емкий инструктаж. Подводную лодку не назовешь удобным видом транспорта, но прыгать с небес в темноте не назовешь удовольствием.
– Почему у нас не было предварительных тренировок? – как можно спокойнее спросил Олег.
– По статистике на первом прыжке наименьший процент травматизма, – ответил инструктор.
Врет или успокаивает – времени на выяснение не оставалось, у крыльца остановился автобус, и водитель требовательно засигналил. На летном поле ревел моторами гигантский четырехмоторный самолет с открытой боковой дверцей.
– Как называется это чудо? – не удержался от вопроса Николай.
– «Пе-8» в десантном варианте, – ответил борттехник и, хлопнув по плечу, добавил: – Не дрейфь, у товарища Сталина точно такой самолет.
Десантный? Два ряда по шесть алюминиевых кресел! Или это дальнобойный самолет? Молотов летал в Шотландию на «Пе-8» тридцать шестого года постройки, когда за океаном только начали проектировать «крепости». Олег с интересом осмотрел узковатый фюзеляж с одним квадратным иллюминатором. Перед кабиной пилотов за занавеской две койки для отдыха экипажа во время полета. Мощная батарея скорострельных пушек гарантировала защиту от атак вражеских самолетов. Самолет по всем параметрам превосходил «крепости», но во время войны его не выпускали.
