Шабалина потянуло было к ним, поговорить, познакомиться, но Федяев окрикнул его:
– У тебя три минуты! Сейчас мы тебя выведем на фланг!
Шабалин почувствовал, как забилось сердце. Внезапная тоска стала душить разум, а в голове стала настойчиво биться мысль, что все, что он сейчас видит, он видит в последний раз. Желая сбросить это наваждение, движением руки он достал оберег, посмотрел на него – «спаси и сохрани»…
Федяев в сторонке инструктировал водителя БТР, и тот понимающе кивал.
– Товарищ капитан, – Артем тронул Пашу за рукав. – Правда, все будет хорошо?
– Конечно, – ответил Шабалин.
Федяев сделал приглашающий жест.
– Пошли, – сказал Паша.
Подняв на себя все свое вооружение и снаряжение, три снайпера подошли к БТР и скрылись в его люке.
– Удачи! – пожелал Валера, а в рацию тут же сказал: – Цунами! Время! Ставь завесу!
В течение нескольких минут артиллерийская батарея сделала несколько залпов дымовыми снарядами, которые качественно укрыли от обзора требуемый участок местности, и водитель БТР тут же бросил свою машину вдоль образовавшейся стены дыма. Он гнал на максимальных оборотах, не жалея новый дизель и новую подвеску. Бронетранспортер высоко подпрыгивал на ухабах пустыни, потом зарывался в песок, но гнал, быстро гнал вперед – к намеченному участку. Весь этот безумный бег длился всего пару минут, после чего БТР остановился, и водитель крикнул:
Паша со снайперами вывалился в бортовой люк, и машина тут же ушла обратно.
Пока висел дым, пока снайперов не мог видеть враг, нужно было выполнить ряд действий. В первую очередь на песке растянули две плащ-палатки цвета пустыни, которые длинными колышками прикололи к песку – они нужны только для того, чтобы защитить пыль от воздушной волны, образуемой от выстрела – стреляя над плащ-палаткой, огневая позиция не будет демаскирована поднимающейся пылью. Потом за плащ-палатками в песок воткнули проволоку, являвшуюся основанием для маски, за которой будут прятаться снайперы. Потом на проволочное основание натянули сами маски – маскировочные сетки под цвет пустыни, – скрывающие снайперов не только от вражьих глаз, но и от солнца, которое вскоре поднимется в зенит и будет палить нещадно. Под маски бросили карематы – на них лежать все же приятнее, чем на песке, больше похожем на пыль. И только после этого в рабочее состояние были приведены ЛПР и оружие.