Автор
Утро наивыsonianски прекрасное: огромная постель в окнах с видом на снежные елки и новогодние гирлянды, как в сказочном фильме. Я не могу поверить своим глазам — красота такого рода описана в книгах Снегурка в постели, но сейчас это уже реальность.
Не то, что я — бледная немочь.
Спрашивают меня, где я теперь. Что-то вру про работу продавцом.
— Прикинь, а тебя искали, — говорит самая младшая из них, Маруська.
— Да?
Холод продирает, но голос вроде держу спокойно. Искали, значит…
— Ага… Сначала бандюки какие-то, Козловские, пацаны говорили, — простодушно хлюпает колой Маруська, — а потом такие серьезные дядьки, говорят, из конторы.
— Кто говорит? — не, нормальный голос. Молодец, Сашка.
— Так пацаны же!
— Ладно, девки, пошла я, а то один выходной…
— И Ванька еще заходил на днях, — продолжает Маруська.
Бл… Вот теперь уж только бляяяя…
— Ладно, приятно было…
Но тут Маруська поднимает от колы взгляд куда-то мне за спину и расплывается в идиотской улыбке:
— Ох, нихера ж себе…
Я пытаюсь повернуться, путаюсь в пакетах, которые уже успела подхватить, они падают, наклоняюсь…
И в этот момент надо мной раздается знакомый голос, от которого мороз уже в который раз по коже ползет:
— Саша?"
"И столько в этом голосе… Льда, что я так и застываю в скрюченном положении и какое-то время всерьез даже раздумываю, а не забраться ли мне целиком под стол? Может, обойдется?
Чувствую, как замерли девки, и даже картошкой не шуршат.
Неудивительно. Есть на что посмотреть, есть.
Над головой, с еще большим льдом, раздается приказ:
— Вылезай.
Сукасукасука…
Не обойдется.
Похоже.
И даже наверняка.
14. Рабочие отношения
Виктор всегда подозревал, что младшую сестру отец с матерью специально родили, чтоб ему жизнь медом не казалась.
Разница у них была серьезная в возрасте, восемнадцать лет, а потому воспринимать ее, как равную, он вообще не мог.
Собственно, он ее малявкой тоже только эпизодами и видел. Сначала армия, потом контракт, потом институт, потом работа. С восемнадцати лет Виктор с родителями не жил, и в дальнейшем такого не планировал.
Но Светка, это рыжее несчастье, или счастье, тут уж с какой стороны посмотреть, вошла в его жизнь с самого первого момента, когда после роддома ее привезли в их квартиру.
Виктора забирали через неделю в армию, повестка пришла уже.
И мысли были не здесь.
Конечно, он радовался сестре, активно участвовал в празднике, что закатил отец, когда забирал маму из роддома.
Но все отстраненно.
