Автор
Встреча начинается неожиданно — девушка звездного руководителя ставит его на колени, заставляя ее забыть о всех правилах профессиональной этики. От первого поцелуя до беспрецедентного взгляда на мир — все происходит так стремительно и мощно, что она просто не успевает следить за своими мыслями и чувствами....
Пока я осмысливаю его предложение и пытаюсь понять, как могут сочетаться слова «горячее» и «мороженое» в одном предложении, он разворачивает меня и усаживает на колени спиной к себе. А мои руки, оцепенело сжимающие вазочку с холодным десертом, кладет на стол.
— А теперь я дам тебе мотивацию к этой игре, — вибрирующим тихим голосом говорит Морозов мне на ухо. — Если ты сможешь съесть хотя бы половину своего мороженого раньше, чем оно растает… то я расскажу тебе, как и когда успел в тебя влюбиться. Согласна?
Мое сердце пропускает удар тихого пронзительного счастья.
Влюбиться…
Он сказал — влюбиться. И это практически признание."
"— Согласна! — выдыхаю я, сама себе не веря. Ущипнуть себя, что ли?
Начала ужинать за столом под гнетом тяжелых мыслей, а под конец очнулась на коленях седовласого красавца моей мечты уже в полном смущении и с десертом. Чудеса какие-то.
— Тогда начинай первой. И бери с горкой. Потому что это — твоя единственная фора перед тем, как я начну тебя… отвлекать.
Я зачерпываю ледяную белоснежную сладость, будто под гипнозом.
Обжигающий холод любимого лакомства немного прояснил мою голову, но без толку. Всего один лишь взгляд синих глаз, жадно следящих за моими перемазанными десертом губами, снова отправляет меня жариться в пекле стыдливого желания.
— Продолжай, — хрипло говорит Морозов и повторяет настойчиво: — Продолжай, Ника, не останавливайся. Твоё мороженое уже начало таять, ты чувствуешь?
Я сглатываю первую порцию, почти не чувствуя вкуса из-за безумного волнения.
Божечки… мы сейчас точно о мороженом говорим? Потому что самое явное, что я однозначно чувствую — это жар растущего давления его затвердевшей ширинки сквозь мои тонкие джинсы.
Следующая ложка приносит с собой сюрприз.
Как только я тяну ее в рот, Морозов абсолютно уверенно, как будто это в порядке вещей, сжимает ладонью мою грудь и мягко, но непреклонно начинает ее поглаживать прямо через ткань халата.
Меня аж жаром прошибает.
— Что ты…
— Мороженое, Ника. Ты должна думать только о мороженом. Оно у тебя потечет скоро.
Я судорожно зачерпываю третью ложку. Чувствую его ласковые пальцы на себе так остро, что от груди к животу начинают пробегать невидимые разряды возбуждения. Морозов постепенно переключается на другие места…
И тогда процесс поглощения десерта превращается для меня в самую настоящую сладкую пытку.
Мороженое в вазочке кажется бесконечным.
