Автор
В ночной улице девушка в вычурных каблуках и ярком макияже внезапно нападает на прохожего, скрывая лицо рукой. Она узнает Романа — своего бывшего супруга. На этот раз он не успевает объяснить причину царапин на лице, и женщина решительно держит его за руки, демонстрируя ненависть к себе же....
Когда мне ответили, обрисовал ситуацию, в которую мы попали.
- Понимаете, Демид Михайлович, если вы с братом не близнецы, - он замолчал, ожидая моего ответа.
- Нет.
- Так вот, в этом случае ДНК у вас с братом различаются.
Я перебил его.
- У нас разные матери.
- Тогда тем более. Единственное, если есть возможность, все же я порекомендую сделать еще один ДНК-тест, предоставив генетический материал обоих предполагаемых отцов.
- Я Вас понял. Я подумаю и Вам перезвоню.
Посидев еще минут пять в кабинете, пошел к Лере.
Как бы там ни было, а жизнь продолжается. И незачем жрать себя из-за того, что было двадцать с лишним лет назад. И в чем я не был виноват совершенно.
Лера налила себе тарелку ароматного борща.
Увидев меня, смутилась.
- Я просто очень есть хочу.
Я покачал головой. Это как раз понятно. Есть-то надо за троих.
- Мне тоже налей.
Передо мной появилась тарелка с супом. Мы принялись за еду. Она спросила, звонил ли я генетику. Я передал ей его слова.
- И что теперь делать? Мне бы не хотелось просить Шувалова принять участие в экспертизе.
Я поймал ее ладошку."
"- Лер, я разберусь. Давай лучше доедим и пойдем погуляем.
Глава 20.
Демид
Когда мне только начинает казаться, что я прошел самый поганый этап в своей жизни, как она, словно смеясь, подкидывает мне еще что-нибудь впечатляющее.
Помощью Шувалова-старшего я решил воспользоваться. Гордость - штука, бесспорно, хорошая, но сыт ею не будешь. И если взвешивать на чашах весов безопасность Леры и собственную гордость, то и речи не идет, чтобы выбрать второе.
Остается еще вопрос с повторной ДНК-экспертизой. Как мне ее провести? Что мне - поймать Романа и выстричь ему клок волос? Я бы оставил все, как есть. Но с другой стороны, может не стоит громоздить эти тайны, а научиться принимать реальность? Лично мне не комфортно после признания новоявленного родственника. И лучше бы я знал, кто он и что я ему не нужен изначально, чем открывать для себя неприглядную правду почти в тридцать лет. Поэтому будь, что будет, нужно сделать еще одну экспертизу, разобраться в этой чехарде и как-то решить, каким будет наше общее будущее.
Максу я тоже рассказал о своих родственных связях. Он переваривал это под две бутылки коньяка. Про гибель матери и брата я умолчал. С кем-то, кроме Леры, обсуждать это не хотелось.
