В северном городе Хивусе на фоне суровой зимы начинается авантюрное путешествие. Когда Гальяно предлагает друзьям отправиться на Север, их приключение оборачивается неожиданными событиями и скрытыми тайнами. Перед ними встает непрошеная гостья, добавляя интриги в уже напряженную ситуацию.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Снежить» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В северном городе Хивусе на фоне суровой зимы начинается авантюрное путешествие. Когда Гальяно предлагает друзьям отправиться на Север, их приключение оборачивается неожиданными событиями и скрытыми тайнами. Перед ними встает непрошеная гостья, добавляя интриги в уже напряженную ситуацию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В северном городе Хивусе на фоне суровой зимы начинается авантюрное путешествие. Когда Гальяно предлагает друзьям отправиться на Север, их приключение оборачивается неожиданными событиями и скрытыми тайнами. Перед ними встает непрошеная гостья, добавляя интриги в уже напряженную ситуацию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Да и с чего бы?! Женщина, которая не побоялась выйти один на один против белого медведя! Такая женщина должна быть либо бесстрашной, либо сумасшедшей. На сумасшедшую Тара не походила, а от прикосновения незримой кровавой капли вздрогнула.
Впрочем, всем, кто находился сейчас в комнате, было неуютно. Ася поежилась, Никодимыч закашлялся, Гальяно тер запястье. Ник был почти уверен, что оттирал невидимую кровь. Эрхан стоял у двери и даже не пытался приблизиться к Веселову. Голова его раскачивалась из стороны в сторону, как у китайского болванчика, побелевшие губы шевелились, словно бы он беззвучно шептал молитву. Блэк продолжал рычать, а призрачная веревка, что змеилась от ошейника с фигурками к запертой двери, натянулась, как струна. Веселов застыл, будто почувствовал это натяжение. А может, и почувствовал, осознал, что на том конце веревки кто-то есть. Или что-то…
– Отстаньте, – сказал он устало и сунул тынзян в карман.
– А и в самом деле! – Гальяно перестал тереть запястье. – Что вы к нему прицепились?! Ну, ошейник… ну, тынзян какой-то! Каждый из этой схватки вынес свой трофей. – Он шагнул к Веселову. – Кстати, дай-ка глянуть.
Он шагнул, а Веселов отступил. Наверное, испугался, что придется расстаться с тынзяном. В глазах его стало чуть меньше синего и чуть больше белого.
– Это не какой-то тынзян, – сказал Никодимыч очень тихо, почти шепотом. – Это шаманский тынзян. И зверь, значит, тоже был непростой.
– Еще скажите, что ручной, – хмыкнул Гальяно. Вот только выражение его лица уже не было таким беспечным.
– В каком-то смысле. – Никодимыч потрепал по холке сидящую у его ног Динку. – В каком-то смысле. Вот видите собаку, молодой человек?
Динку Гальяно видел. Да что там, он даже Блэка видел!
– Вот она ручная. Прирученная. Она за меня жизнь отдаст, потому что я ей – друг и любимый хозяин. А тот… зверь, за своего хозяина чужую жизнь заберет. Он сожрет тело, а хозяин его сожрет душу… – Никодимыч замолчал, Ася вздохнула.
– И кто у него хозяин? – спросил Чернов, внимательным взглядом оглядывая всех присутствующих, словно собирался найти в комнате хозяина мертвого медведя.
– Шаман, – в один голос сказали Никодимыч и Ася.
– Очень сильный шаман, – добавил Эрхан. – Чтобы такого зверя удержать, силы нужны… великие силы нужны.
– Ой, бросьте! – Гальяно все еще пытался найти объяснение необъяснимому. – Чтобы такого зверя удержать, надо подобрать его маленьким медвежонком. Медвежонку на шею этот ваш тынзян намотать не проблема.
Эрхан посмотрел на него с жалостью, покачал головой, сказал:
– Нельзя белого медведя приручить. Ни маленького, ни большого. Подчинить, к себе привязать можно, а приручить нельзя. И тынзян тут нужен непростой. Шаманский тынзян – опасная вещь. Никто не должен его трогать.
