В мире белых ледников и затаившихся джунглей прячется любовная история. Главные герои Элис и Лорис нащупывают непростые пути к сердцам друг друга, всплескиваемые природными ударами и человеческими капризами. Эпиляция снежного элеганта - это роман о предательстве, любви и невозможности быть всегда вместе....
Похоже, «Снежная невеста» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Если моего побрить, оставив шикарные усищи, и заставить отрастить шевелюру до плеч, а после туго зализать её в хвост — ну, и лет десять ещё сбавить — вылитый мой папаша. Только вот рук таких ухоженных у него никогда не было, всё дезинфекция выжигает. Он борется с сухостью как может, но не спасает ни один крем. Только отпуск, которого у детского нейрохирурга по определению почти не бывает.
Его жена имела куда меньше сходства с моей родительницей. Отчасти из-за инъекций, которыми мама увлеклась на склоне лет и которых здесь тоже ещё не изобрели, отчасти из-за цвета волос — опять же, природного шатенистого.
Помимо воли я заулыбалась.
Даже интересно будет пообщаться с копиями моих предков, помоложе оригиналов. Или же Элис была права, и это мы — копии? Ох, лучше о таком вовсе не задумываться.
Тем временем маменька закончила бессвязно причитать и воскликнула с ужасом:
— Элис, твои наряды! Они безвозвратно испорчены!
— О, какой ужас! — отозвалась я эхом, с трудом скрывая злорадство.
Отец покосился на меня с подозрением, но в женские дела лезть не стал, а, как и обещал, развернулся и ушёл.
— Тебе срочно нужно к модистке! У тебя ничего нет в дорогу, даже белья! Это просто кошмар. Всё мокрое, просохнуть до завтра точно не успеет, а у тебя с утра дирижабль, — по-деловому сообщила дама, резко успокаиваясь.
Ну, как я и думала. В отсутствие мужа играть безмозглую истеричку смысла нет.
— Либби, остаешься за главную!
— Да, мефру! — пискнула одна из горничных, возгордившись от оказанного доверия, и тут же принялась командовать товарками.
Интересно, «мефру» — это имя или формальное обращение?
— Пойдём же, Элис! Не будем терять времени! — недолго думая поторопила меня матушка серией тычков пониже спины. — Шубка твоя внизу, поедешь в домашнем платье, ничего с тобой не случится.
— Ага. Значит, это не ночнушка, — приняла я к сведению. Женщина на меня странно покосилась, но переспрашивать не стала. — Только я вся мокрая! Я же простужусь!
Матушка отступила подальше и только тогда разглядела расползающиеся по моей груди и животу пятна от снега. Падение в сугроб даром не прошло. Дама вновь всплеснула руками:
— Какая же ты неловкая, Элис! А ещё утверждаешь, что можешь сама о себе позаботиться. Пойдём, переоденем тебя.
