Жиле, где все еще сохранилось величие природы зимой, моя работа как фрилансера не предполагает стабильного места жительства. Последний год я провел у океана, и время было на исходе. Мне хотелось вновь почувствовать красоту тишины, чистоты природы в снежную зиму. Месяц на три — или больше, чем мне кажется сейчас необходимым....
Похоже, «Снежный плен (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В теле пульсирует кровь, и дыхание снова сбивается. Медленно вдыхаю ее теплый запах. Дико хочется обнять ее сзади, чтобы она расслабилась в моих руках, и вместе любоваться этими белыми крупным хлопьями, кроме которых на экране окна уже ничего не осталось. Фонарь высвечивает круглое пятно голубоватой белизны.
— Такими темпами нас и грейдер не откопает… — шепчу ей в ушко.
От неожиданности ее плечи напрягаются, и спина выпрямляется, словно струна. Мы замираем, воздух кажется очень густым, дышать тяжело. И, наверное, я сейчас выхвачу за такие вольности… Но… Щелчок — и свет гаснет.
— Осторожно!
Пытаясь предотвратить аварию, подхватываю ее кисть с бокалом, фиксируя в неподвижном состоянии. Второй рукой обнимаю за талию.
— Черт! — теряет она равновесие.
Прижимаю ее крепче. Девушка замирает в моих руках. От этой близости и ее запаха моя голова кружится.
— Провода, видимо… — выдыхает она хрипловато.
Ее губы так близко. Одно неловкое движение — и наши лица соприкоснутся.
— Макс… — шепчет она, и это именно так, как во сне.
Уплываю окончательно, теряя связь с реальностью.
— Макс?
— М?
— Выпустишь меня?
Киваю сам себе, но руки не желают разжиматься. Помедлив еще секунды три, все-таки договариваюсь со своим телом и отпускаю ее, делая пару шагов назад. Нащупываю на столе спасительные сигареты.
Как все происходит дальше, я почти не осознаю.
Наверное, я проходил мимо нее к балкону…
Наверное, мы снова соприкоснулись…
Наверное, я сошел с ума…
Но дальше только ее сладкие, мягкие губы и стучащая в виски кровь…
Глава 7 — Электричество
Мы теряемся. Выпадаем из реальности. Алиса пылкая и очень живая в своих поцелуях.
И когда я уже начинаю задыхаться от перевозбуждения, вдруг прихожу в себя. Еще пару мгновений — и я не смогу остановиться, возьму ее прямо на этой кухонной стойке.
Случись это сейчас — и она пожалеет об этом. Меньше всего я хочу, чтобы она сожалела о том, что у нас был секс. Эта мысль невыносима. И поэтому я торможу, спускаясь губами на ее шею и пытаясь отдышаться. Не хочется ни говорить, ни оправдываться. И сводить на нет произошедшее не хочется тоже. Хочется пить с ней чай, и чтобы она что-то непринужденно опять болтала.
