Я боюсь, — ловлю его вмиг потеплевший взгляд и выбегаю, как ошпаренная, из его спальни, закрываюсь в своей. Сбегаю, как трусиха, и прячусь.
— Жень, — слышу вслед и потом уже у своей двери. — Жень, я не хотел тебя напугать, прости.
Молчу, потому что сказать нечего. Я хочу, тоже хочу перешагнуть эту грань. Ощущать единение полное и сжигающее, но не могу. Мне попросту страшно, что сделаю ошибку. Да и у Кира были десятки подружек, по сравнению с ними я абсолютно неопытна. Все мои знания о сексе ограничивались мелодрамами и любовными романами.
— Жень… открой, пожалуйста, — слышу тяжелый вздох и легкий стук пальцами по деревянной двери. — Я не знал. Прости, Жень.
Ну, глупо же, мне не пятнадцать лет, чтобы прятаться. Собираю остатки смелости и открываю дверь. Кир с абсолютно убитым видом топчется на пороге и, как только замечает меня, сгребает в охапку и крепко прижимает к себе.
Не знаю, сколько мы так, молча обнявшись, стоим, пока Кир, слегка отстраняясь, не поднимает мое лицо, едва касаясь подбородка, заставляя посмотреть ему в глаза.
— Мы не будем торопиться. Обещаю, что пока ты не захочешь, ничего не будет. Ладно?
Я молча киваю и, привстав на цыпочки, тянусь к губам парня.
— Хоть я и рискую воспламениться… — смеется Кир.
Я рада, что сегодня еще одной проблемой между нами стало меньше. В клубе надолго задержаться не получилось, это и к лучшему. Я сняла свое, по словам Кира, «запредельно сексуальное платье», переоделась в более привычные джинсы с толстовкой и, укутавшись в теплые куртки, в десятом часу мы, как два сумасшедших, поплелись в магазин за мороженым. Выходили из подъезда, по-доброму переругиваясь, и застыли, когда взору предстала прекрасная, умиротворяющая картина.
Снег. Первый в этом году. Он мягкими перьями кружился в небе и падал, насыпая потихоньку огромные сугробы.
Договорить не успеваю, меня перебивает прилетевший по спине… снежок? Поворачиваюсь и встречаюсь с донельзя хитрым взглядом Дёмина, катающего в руках уже второй боезаряд.
— Ну, все, Дёмин, это война!
— Проигравший моет посуду, — смеется парень и запускает очередной снежок, от которого, ай да я — молодец — уворачиваюсь. Вот, так хохоча и извалявшись по самые уши в снегу, домой мы возвращаемся уставшие и без мороженого. До магазина так и не дошли. Уморились и разбрелись каждый в свою комнату. Как только голова касается подушки, проваливаюсь в крепкий и спокойный сон.
Утро встречает собачьим лаем и затекшими конечностями.