Такая соблазнительная, растрепанная после сна, в моей футболке. Губы, все еще припухшие от жарких поцелуев, а в глазах блеск, который выдает ее внутреннее состояние с головой. Действие холодного душа тут же угасает, а тело просыпается и готово к новому раунду.
— Кир, — поднимаю на нее свой взгляд, встречаясь с омутом серых глаз, — я доверяю тебе, — полушепотом добавляет она, пробегая пальчиками по моим губам. — Уверена, что ты меня не обидишь.
— Я очень постараюсь не разочаровать, — припадаю к таким желанным и сладким губам девушки, стискивая в своих объятьях.
Она с шумом выдыхает мне в губы и начинает ерзать.
— Кир, — отстраняется от меня. — Я есть хочу.
И это звучит так по-детски, что тут же заставляет меня рассмеяться.
— Я как раз собирался тебе приготовить завтрак. Посиди тут, — усаживаю ее на стол рядом с собой, где собирался разбивать яйца. И впервые кому-то готовлю завтрак. Под чутким наблюдением ставлю на плиту сковороду и включаю в себе кулинарные таланты. Женя находит печенье в верхнем шкафу и, как мышка хрустит, посматривая на меня и подкармливая.
Это утро, как и последующие другие, все больше затягивают меня в эти отношения. Я прекрасно свыкся с мыслью, что у меня есть любимая девушка. Да, именно любимая. Что мы понимаем друг друга с полуслова, с первого взгляда. Я уже и не представляю, как это — просыпаться одному. Как не кайфовать от волны наслаждения, накрывающей нас обоих практически одновременно. Даже прогулки с Джеком только вдвоем, по вечерам, с игрой в снежки. И многое другое. И мне это по кайфу.
— Умничка, Женя! Идеальный прокат! — слышу довольный голос Ольги Павловны. Выезжаю из вращения и фиксирую ногу, ударяя лезвием по ровной глади льда.
Эффектная точка тяжелейшей произвольной программы.
Тишину ледовой арены разрывают аплодисменты хоккейной команды, во главе которой я вижу своего довольного, как кот, Кира. Пожалуй, сегодня я заслужила овации и с наслаждением раздаю поклоны и машу руками.
— Наша Олимпийская фигуристочка! — кричат парни наперебой. Как-то постепенно за эти без малого два месяца, что мы с Киром вместе, его команда стала для меня уже как родная семья. А двери нашей квартиры редко теперь закрываются от наплыва гостей. И хоть с Димкой мы так и не помирились, а после их с Лесей выходки парень еще две недели шастал с огромным фингалом под глазом, но Метлицкий присмирел и в занозу больше не лезет.
Улыбаюсь, встречаясь с выехавшим на лед Дёминым, и качусь в его сторону.