С глухим звуком они тоже приземлились в коробку. После этого я запрокинула голову и посмотрела на светящиеся звезды на потолке.
Даже не задумываясь, я встала на носочки и начала снимать самоклеящиеся звезды. Руки у меня так дрожали, что на некоторые потребовалась не одна попытка.
– Обещаю тебе, что это прекратится. Он сказал, что больше не придет. Поверь мне, – уговаривала мама, пока у меня на ладони росла стопка звезд. Оторвав последнюю, я сложила их в коробку к книгам и спрыгнула с кровати. Затем зажала под мышкой одну из больших декоративных подушек, перехватила коробку повыше и вышла из комнаты, ни разу не оглянувшись на маму.
– Пожалуйста, подожди, родная, – позвала мама и спустилась вслед за мной по лестнице.
Добравшись до входной двери, я еще раз обернулась к ней.
– Я больше не могу в этом участвовать, мам. Хотелось бы мне, чтобы ты это поняла, – задыхаясь прошептала я.
Она открыла рот, но не выговорила ни слова.
С трудом открыв дверь локтем, я вышла на улицу. Коробка получилась такой тяжелой, что врезалась в ладони. Долгожданное отвлечение от боли, которая бушевала у меня в душе.
Нолан вышел из машины, когда я распахнула входную дверь, и широким шагом направился мне навстречу. Он выглядел так, будто собирался что-то сказать, однако я лишь помотала головой и прошла мимо него к багажнику. Он тут же его открыл, а после того как я бросила туда коробку, без единого слова положил руку мне на спину и мягко, но уверенно повел к пассажирскому месту. Наверняка он почувствовал, что я дрожала всем телом, когда свободной рукой распахнул передо мной дверцу и помог сесть. Только после того, как я пристегнулась, Нолан обошел машину и сел сам.
– Пожалуйста… пожалуйста, поехали, – прошептала я, в то время как перед глазами у меня все расплывалось от слез.
Нолан коротко кивнул, хотя по нему было четко видно, что он хотел бы задать мне множество вопросов. Потом он включил зажигание. А когда машина тронулась, все мое тело охватило онемение.
Наверное, я целую вечность неподвижно простояла в коридоре у себя в квартире. Коробка у меня в руках становилась все тяжелее.
В какой-то момент Нолан не выдержал и забрал ее. Он отнес ее в гостиную и поставил там на пол, прежде чем вернуться ко мне.
– Эверли, – прошептал он. – Ты начинаешь меня пугать.
– Прости, – безэмоционально откликнулась я, все еще не в силах сдвинуться с места.
– Не хочешь снять пальто? – спросил он.
Я отстраненно кивнула и подняла руки, чтобы расстегнуться. Пальцы у меня так тряслись, что первая пуговица постоянно выскальзывала из них. Я чертыхнулась.
Перехватив мои ладони, Нолан аккуратно отвел их в сторону. Потом тремя движениями расстегнул пуговицы, шагнул за спину и снял пальто у меня с плеч.