Автор
В свадебной декорации необычные элементы дополняют обычную торжественность: черные фраки со светящимися бабочками и оранжевые платья. Атмосфера шокирующая, словно волшебная комедия наяву. Сюда же приходят свадьбу невеста-ведьма из раскрытия преступлений с призывной подоплёкой и жених, который живёт за счёт зомби и вампиров убийства....
— Не Бёлль Морт, только я, только Жан-Клод, только мы с ним. — Последние слова я шепнула ему в губы. Ardeur хотел, чтобы я целовала его, слилась с ним ртом и пила, энергию в обмен на энергию. И я произнесла, почти касаясь его ртом: — Жан-Клод, помоги мне загнать джина в бутылку. Помоги это прекратить.
— Если я помогу тебе закрыться, ardeur может охватить весь клуб, где я сейчас нахожусь.
— Тогда пей, как пил вчера ночью. Питайся от желающих, но пронеси мимо меня эту чашу сегодня. Мне надо ловить убийцу, а не трахаться со всеми, кого мы берём к себе.
— Помоги нам, — сказал Истина. — Помоги нам, мастер.
Я ощутила, как удивление Жан-Клода побежало у меня по коже, будто любопытство стало прикосновением.
— Он хочет это прекратить?
Вопрос этот вышел у меня изо рта, моим голосом.
— Да, — выдохнул Истина мне в губы, и я ощутила в его дыхании запах моей крови. — Да, помоги нам это прекратить.
— Почему? — спросил Жан-Клод.
Этот вопрос я не пропустила, потому что мне было достаточно.
— Своё любопытство удовлетворишь как-нибудь в другой раз, Жан-Клод.
— Хорошо, ma petite.
Он не то чтобы потянулся ко мне, он уже был во мне настолько глубоко, насколько это возможно. Но «потянулся» — единственное слово, которое приходит мне на ум. Он не закрыл меня или Истину. Он ничего и никого не стал закрывать щитами. Просто он взял ardeur, который в нас поднялся, и сделал две вещи. Он этот ardeur проглотил и закрыл связь между собой и мной, глухо и окончательно, будто дверь захлопнул.
Вдруг я осталась одна, прижатая к телу Истины, между нашими лицами была всего пара дюймов, но это были мы и только мы. Одновременно мы испустили прерывистый вздох, будто оба задержали дыхание."
"Он убрал руки, и я смогла встать с его колен. Не было дразнящего ощущения, не было чувства потери от Истины, когда его коснулся ardeur и когда ушёл прочь. Вампир испытал такое же облегчение, как и я. Будь у меня время спросить, почему он испытывает облегчение, выбрав такие слова, чтобы это не выглядело как вопрос уязвлённой гордости, я бы спросила.
— Как ты? — спросили одновременно Нечестивец и Смит. Полисмен бросил на вампира сердитый взгляд, но лицо вампира было безразлично-красивым.
— Просто за последнее время слишком много крови отдала. А так все нормально.
