Автор
В свадебной декорации необычные элементы дополняют обычную торжественность: черные фраки со светящимися бабочками и оранжевые платья. Атмосфера шокирующая, словно волшебная комедия наяву. Сюда же приходят свадьбу невеста-ведьма из раскрытия преступлений с призывной подоплёкой и жених, который живёт за счёт зомби и вампиров убийства....
— Насколько я тебя знаю, ты молишься только тогда, когда у тебя нет других вариантов. Было бы лучше, если бы молитва для тебя не была последним средством.
Как она это спокойно, по-деловому! Вы молились. Бог не может подойти к телефону, Он оставит сообщение у вас на автоответчике. Ну и ну.
Я облизала вдруг пересохшие губы, и спросила:
— И тебя не пугает, что ты только что приняла для меня сообщение от Бога?
— Ну, не прямо от Него. Он же это переслал.
И опять спокойный тон. Ничего особенного.
— Марианна!
— Да?
— У меня иногда от тебя мурашки по коже!
Она рассмеялась.
"— Ты поднимаешь мертвецов и убиваешь нежить, и ты испугалась меня?
В такой формулировке это действительно было глупо, но все равно правда.
— Скажем так: я рада, что у тебя твои парапсихические силы, а у меня мои. И так у меня серьёзное чувство вины и без того, чтобы предсказывать будущее.
— Не вини себя ни в чем, Анита, а следуй своему сердцу. Нет, это была королева Скипетров, а не Кубков. Так что следуй своей силе, пусть она отведёт тебя туда, где тебе надлежит быть.
— Ты же знаешь, я никому не верю слепо.
— Мне ты веришь.
— Ну да, но…
— Перестань ты в этом ковыряться, Анита. Твоё сердце — не рана, в которую нужно лезть и смотреть, не сходит ли струп. Ты можешь исцелиться от старой боли, если позволишь этому случиться.
— Так мне все твердят.
— Если все твои друзья говорят одно и то же, и твоё сердце говорит то же самое, а спорит только твой страх, так перестань упираться.
— Я не слишком хорошо умею сдаваться.
— Да, я бы сказала, что это ты хуже всего умеешь. Отдать то, что тебе уже не служит, не защищает и не помогает, не значит сдаться. Это значит вырасти.
Я вздохнула:
— До чего же я не люблю, когда ты так осмысленно говоришь!
— Не любишь, но на это надеешься.
— Да.
— Иди в дом, Анита, иди в дом, и делай свой выбор. Я сказала все, что имела сказать, и теперь все в твоих руках.
— А вот это я больше всего ненавижу, — ответила я.
— Что именно?
— Что ты не пытаешься меня убеждать.
— Я могу давать наставления, но не приказы.
— Я знаю.
— Сейчас я вешаю трубку, а ты пойдёшь в дом. Потому что не будешь же ты спать в машине.
Телефон умолк.
Марианна была права, как всегда. Я злилась на неё за то, что она просто даёт мне информацию и помогает думать, но не говорит, что делать. Конечно, попытайся она мною командовать, я бы не потерпела.
