Автор
Героиня пережила предательство и боль, но не сломалась — отомстила и начала новую жизнь. Три года спустя её обидчик возвращается с загадочными намерениями. Предстоит узнать: вернулся ли он добить её или доказать, что она ошиблась в своём приговоре?
- Тимур! – прикрикнула Уварова, поднимаясь со стула. Подошла ко мне, уперев руки в бока. Я скользнул по ней взглядом, по идеальной фигуре, ровным ножкам, груди. Пульс аж участился, до того она выглядела бесподобно. Без изъянов.
А потом вспыхнула гребаная мысль: ярко, настойчиво. Ведь мою ненормальную однажды будет обнимать кто-то другой, целовать, касаться каждого участка тела.
- Ты не слишком ли позволяешь себе? – процедил сквозь зубы, раздражаясь тому, о чем думаю. Ревновать – бесячее чувство.
- А ты? Так нельзя! Либо ты мне говоришь, что задумал, либо…"
"- Либо что? – вскинул я бровь, отходя от нее. Налил кипятка, выбросил пакетик и все-таки уселся на стул. Уварова потопталась на месте, видимо подыскивая ответ. Потом повернулась, глянула своими изумрудами. Черт, ее взгляд, как пуля на вылет, согревает и убивает одновременно.
- Либо я никуда не уйду! Буду сидеть здесь до рассвета! Нет, до утра! Нет! До послезавтра!
Мне вдруг сделалось смешно. Маша выглядела как маленький ребенок с ее этими ультиматумами. Хотя остаться до послезавтра с ней – было бы пределом мечтаний. Но с моим решением, такое расклад только во вред. Лучше пусть уходит.
- Мне начинать боятся? Слушай! Я ведь могу переехать в квартирку этажом выше.
- Тимур, я серьезно!
- Так и я серьезно. Поезжай туда, где была вчера, и жди вестей. Как все наладится, позвоню.
Такая простая фраза, но говорить ее было сложно. Потому что врал. Себе, в том числе. Но лучше уж на расстоянии, чем ломать косточки и вставлять их в горло.
- Нет! Никуда я не пойду. И ты тоже.
- Серьезно? – усмехнулся. Поднялся, обдумывая как бы напугать эту дурочку. Ничего умней, конечно, не пришло, как распустить руки. Что, собственно, для меня хуже, но для дела полезней.
Подошел к ней, Маша стояла рядом печкой. Уверенная, дерзкая. Моя девочка другой и не могла быть. Я уперся руками по обе стороны от нее, наклонился и понял – дурацкий план. Сердце ускорилось, видимо готовилось вырваться, и запрыгнуть к Уваровой. Без уклонений, задней и на полной скорости, нарушая сплошную.
- Не боишься? – прошептал, в сантиметре от ее губ. Алых, пухлых и очень женственных губ.
- А ты? – очередная пуля на вылет. Я ведь и правда, боюсь. Она держала руки скрещенными на груди, смотрела уверенно, но мне отчего-то казалось, что мы сейчас чувствуем одно и то же: пытаемся не забывать о прошлом, хотя жаждем вычеркнуть все плохое из него.
- Слушай…
- Тимур, - строго произнесла Уварова, выскользнув из моего захвата.
