Автор
В ярком свете рассвета, девушка пахнет как цветы и фрукт необычный для его вкуса — он, Гарик, никогда их раньше не пробовал. Его лапки скребутся о бетон, а запах ее волос приводит в возбуждение. Он целует связанную девушку, наслаждаясь ее сладким запахом и тем, как она не может сопротивляться....
- Веня, Веня, Веня… - я из последних сил собрала мозги в кучу, отталкивая наглого Веника, - официант…
- А? Чего? Скажи ему, чтоб принес чай и молочный коктейль, - пробормотал он мне в шею.
Я выдохнула, извиняясь взглядом перед девушкой-официанткой, и коротко сделала заказ на немецком.
Она улыбнулась, посмотрела на широченные плечи Веника, обтянутые худи, чуть слышно выдохнула и ушла.
А я начала выбираться из его рук, пытаясь привести себя в порядок. А то совсем ведь растрепал меня!
Чуть футболку не порвал! А она мне нравится, между прочим.
- Веня, угомонись. Давай кофе, может?
- Не надо кофе, - он лизнул меня в шею, заставив дрогнуть, и отстранился. Развалился на диванчике, притянул меня к себе на плечо.
Мимо медленно проехала полицейская машина. Мы помахали приветливо.
- Вень, ну вот что это было, а?
Я попыталась начать отчитывать его, но вяло. Веник, когда надо, мог прикидываться бревном. Очень успешно.
- Ничего.
- Нас же могли поймать. Опять.
- Ну разобрался бы…
- Веник! – вышла я из себя, в который раз пытаясь достучаться до него, - здесь не Россия! Здесь нельзя бить полицейских!
- В России тоже нельзя, - резонно заметил Веник.
- Нигде нельзя! Тебя посадят! И никто не спасет! И вот, Веник, если тебя посадят, я клянусь, что не буду ждать! Уеду в Россию, отец давно уже зовет!
- Да ну нафиг, - тут же возмутился Веник, - чего он зовет-то? Мы только уехали!
- Вень… Ну в самом деле… - Я сменила тон, начав мурлыкать кошечкой. Так, как ему это нравилось всегда, - ну ты в прошлый раз кинулся меня защищать, чуть не загремел… Не надо.
Он вздохнул, обнял меня, соглашаясь.
Депортация сейчас была бы, действительно, не к месту.
Он только начал учиться, в Высшей школе физкультуры и спорта в Мюнхене. Его туда взяли, не без протекции, само собой, Роман Дмитриевич кого-то напряг, и дядя Сережа по связям спортивным прошелся, но все же приняли. В основном, потому что он теперь ездил защищать честь учебного заведения на различных спортивных соревнованиях.
Я продолжала учиться в колледже искусств.
И теперь мы встречались нечасто, хоть и жили вместе. Снимали милую студию в центре Мюнхена.
Виделись утром и вечером только.
