Автор
Вдали от шума города, где выстрелы не тревожили никого, начинается долгий поезд для двух дуэлянтов. Каждый зажигает сигару в молчании, время давая им еще раз подумать о примирении. Уильям Блэкберн сохраняет тишину, в то время как Питер пытается убедить друга отказаться от схватки. Ратбены слишком могущественны, чтобы их статус мог быть подорван даже самим вызовом....
Прошлым летом во Фрейзербурге она издалека видела, как обнаженные по пояс шотландцы поднимали и бросали массивные лиственничные шесты, соревнуясь в метании, но Ванессе никогда прежде не доводилось любоваться стоящим совсем близко мужчиной, обладающим столь великолепным телом.
– Как вы получили пулевое ранение? – неожиданно вырвалось вдруг у нее.
Монти повернулся, и она тут же прикусила язык. Ванесса быстро опустила голову, чтобы спрятать лицо в тени капюшона. Но из-под него ей была видна широкая грудь Монти. Она ничего не могла с собой поделать – и стала тайком разглядывать его рельефные мышцы.
– Почему ты до сих пор не снял плащ? – удивился Монти.
– Здесь сквозняк.
– Неправда, здесь нет никакого сквозняка.
– Но мне будет холодно, я знаю. Вы, наверное, никогда не спали на полу, там всегда дует.
– Я же отдал тебе одеяло, ты не замерзнешь!
– Возьмите его обратно, если хотите, и перестаньте ворчать.
– Скажи, в твоей семье все такие упрямые?
– Нет, только я.
Монти усмехнулся, сдаваясь:
– Ну, хорошо, слушай. Во время Пиренейской кампании Наполеона мой полк был отправлен на полуостров, чтобы противостоять французам. Мы должны были отвоевать захваченную территорию, а затем защищать ее.
– Рана все еще ноет?
– Иногда.
Монти поднял руки над головой и повернул туловище из стороны в сторону, словно проверяя, как будет вести себя рана. Внезапно Монти задохнулся от боли.
Ванесса съежилась.
– Что? Болит?
– Неприятные ощущения в спине, а вот грудь никогда не болит, все это чертовски странно, – ответил он. – Обычно мне помогают растирания, но я не могу дотянуться до пулевого отверстия сзади.
У Ванессы перехватило дыхание.
