Автор
Алексей Ветров ищет новый опыт, сталкиваясь с искушением, которое меняет его представление о любви и желаниях. Его жизнь переплетается с неожиданной встречей, которая становится самым большим соблазнением в его жизни. Возникает конфликт между желаниями и последствиями выбора.
Никита не избегал его, но эту тему они пока не поднимали, потому что тот так до сих пор и не был в состоянии понять произошедшие с его другом метаморфозы. Наталья с Павлом тоже усиленно делали вид, что ничего не произошло, хотя он то и дело ловил на себе их взгляд полный искреннего замешательства. Один Олежка светился как лампочка Ильича, не уставая восхищаться, как им друг с другом повезло.
В четверг утром, когда Алексей допивал свою очередную порцию кофе, в его кабинет вошел Никита. Выражение его лица вряд ли можно было назвать спокойным. На нем растерянность быстро сменялась гневом, который уступал место безысходности.
— Привет, Ник. Что-то произошло? — поинтересовался Алексей, заметив эту гамму эмоций.
— Ты видел это? — тот протянул ему какую-то газету.
— Ты же знаешь, у меня нет привычки читать желтую прессу, — усмехнулся он.
— И напрасно, — ответил тот, — особенно когда эта желтая пресса пишет о тебе.
Алексей непонимающе уставился на Никиту и забрал из его рук протянутую им газету.
— Это, конечно, не первая полоса, но уверен, ты будешь польщен объемом статьи.
Алексей развернул свежую прессу и наткнулся на выделенную жирным шрифтом фразу: «Генеральный директор журнала «Твой Лайф Стайл» неоднократно склонял к сексуальным отношениям сына одного из своих финансовых спонсоров». Вся остальная статья была посвящена сексуальным домогательствам на рабочем месте и основывалась на очень свободном, можно сказать, даже авторском видении этой ситуации.
Ветров сжал челюсть так, что заходили желваки, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Ему показалось, что он в первый раз готов кого-нибудь убить. И хотя имя Димы там не упоминалось, он был уверен, что все, кто хоть более-менее в курсе этой истории, с уверенностью поймут, кого именно имели в виду под «сыном одного из финансовых спонсоров». И, вероятно, даже не усомнятся в правдивости этой инсинуации.
Можно было не сомневаться, кто постарался обнародовать эту информацию и именно в этом свете. Господин Гришаев не собирался так легко сдаваться, и если уж подавать в суд ему самому было далеко как не выгодно, то проспонсировать очередную заказную статью не составляло никакого труда. Ладно, Алексей еще мог понять развернутую против него лично кампанию, но до какой степени нужно было ненавидеть своего сына, чтобы впутывать его во всю эту грязь и мерзость.
— И что мы будем делать? — поинтересовался Никита. — Подадим в суд?
— Да, — кивнул тот, — только не показывай эту статью Диме.
