Автор
Подъезд выглядит как заброшенный дом с признаками преступлений. Дверь 5-го этажа открывается ключом, который кажется странной совпадением — он принадлежал бывшей девушке. Оставаясь в темноте до последнего момента, вы надеетесь увидеть свет собственности на фоне безлюдного двора....
— хочется ответить, убедить, доказать, но в голову лезет давнишняя сцена. Ночная. Мы расписались с Виталием, и я работала в лаборатории. Между нами еще ничего не было. Даже близко. Но он уже начал проявлять интерес, а мне было одиноко. Ранее днем он познакомил меня с сестрой.
Таня пришла ко мне и угрожала что убьет, если я не откажусь от Виталия. Я даже уехать тогда хотела. Но всё изменилось на следующий день. Она извинилась, призналась, что вспылила и пригласила на ужин. Позже я забыла про это. Наверное, привыкла прощать людям всё, сама ведь тоже далеко не идеал.
— Было? – наседает Артур.
— Было, — не стала я скрывать. Хоть и не верю в то, что Таня могла пойти на хладнокровное убийство. Тем более за эти пять лет я не видела проявлений агрессии. Кроме вчерашнего телефонного разговора.
— Я же сказал.
— Но откуда ты можешь про это знать?
— Диана, детка. Люди не меняются, они защищают то, что им дорого. Даже если они при этом психопаты.
— К тебе это тоже относится? – поднимаю я брови и резко хватаюсь за ручку двери, когда машина тормозит на светофоре.
— Я не психопат. Они не испытывают эмоций, — говорит он, а я вспоминаю о его синяках.
— Откуда вмятина и синяки?
Артур снова давит на газ, молчит некоторое время. Я уже думаю, что снова уйдет от ответа, но ошибаюсь.
— Вчерашний инцидент разбирали.
— Шамиль? — ахаю я.
— Ага. Врезался в меня на перекрестке. Мне как раз сообщили о Петрушиной.
Я про совсем забыла про любовника Кристины.
"Я не могу сдержаться и на следующем светофоре, отстегиваюсь и буквально лезу обниматься.
— Он ведь мог убить тебя, а я идиотка обижалась, что у тебя телефон выключен.
— Бля, — усмехается Артур и съезжает в сторону, включает аварийку и чуть отодвигает кресло от руля. Сильно сминает бедро, надавливая пальцами и подталкивает меня забраться на него.
— Очень, очень хочу,— шепчу, целуя его везде, куда могу дотянуться.
Он часто это использовал. Всегда рассказывал, как они с парнями ездили тормозить фуры и спасать детей, которых везли на продажу. Порой мне казалось, что он все приукрашивает, но эмоции затмевали разум. Как и сейчас.
