Автор
Она снова рядом, но теперь с ребенком — беременным. После долгих месяцев разлуки, когда казалось, что мир ушел из-под нее. Вновь встретившись с незнакомой женщиной, она первым делом подозревает шутку дьявола. Но глаза детей говорят о мире и любви, которые пересекают все. Это история о предательстве, возвращении и неожиданной семье....
Давай поговорим об этом вечером. В нашем доме. Ладно?
Он замолкает, ожидая моего согласия.
— Я хочу, чтобы Тома оставалась и дальше няней наших детей.
— Если хочешь, значит останется, — спокойно выдает.
— Спасибо, — мои губы трогает победная улыбка.
— Не за что.
— До вечера, Рус, — не дожидаясь ответа, отключаюсь.
Божжже… Чувствую себя как при первой нашей встрече. Щёки горят. Сердце бешено толкается в рёбра. На душе смятение и азарт.
Нужно собирать вещи, а я стою здесь, как дурочка, и краснею, наслаждаясь ощущением бабочек в животе…
У него совещание.
Божечки, у моего мужа обычное совещание! А я уже надумала невесть что!
Глава 47. Переезд
Маша
Пеленальный комод, детские кроватки, матрасы, коляски, элетрокачели, стульчики для кормления, коробки маленькие и большие… Божжже, голова кругом от переезда. За всем не уследишь.
Уложив детей в автолюлюльки и пристегнув ремнями безопасности, помогаю отцу занять место рядом с ними.
— Пап, тебе здесь удобно? — оцениваю взглядом просторный салон внедорожника и краснею.
Блин… Как я буду смотреть ему в глаза?
— Удобно, дочка, не волнуйся ты так, — голос папы выдёргивает меня из потока мыслей.
Придя в себя, улыбаюсь ему.
— Тогда я проверю, всё ли сложено в Газель, и скоро вернусь. Хорошо?
— Не торопись, а то что-нибудь забудешь.
— Люблю тебя, — чмокнув отца в колючую щёку, проворно возвращаюсь к крыльцу.
— Ничего не забыла? — интересуется Данила, вручая последние чемоданы своим парням.
— У меня есть ключи, — отвечаю, встречаясь с ним взглядом. — Я могу приехать сюда в любой момент.
— Ладно, — Галецкий хитро щурится.
— Что? — глядя в глаза мужчины, я пытаюсь разгадать его цели, но этому, конечно же, не бывать, пока сам Данила не признается.
— Пойдем, — взяв меня за руку, тянет к багажнику внедорожника.
— Что там есть? — непонимающе хлопаю ресницами. Он открывает дверцу багажника, и я застываю с открытым ртом.
Так вот откуда в салоне стойкий цветочный аромат…
Передо мной необъятная корзина из красных роз. Между бархатными бутонами торчит открытка. С мучительным предвкушением вытаскиваю её. Провожу дрожащими пальцами по золотистому тиснению «Миддлемист». В горле пересыхает.
