Автор
Маша исчезает из жизни влиятельного и опасного мужа, инсценировав собственную смерть. Год спустя подруга обнаруживает её живой. Теперь героине предстоит раскрыть правду о своём побеге и понять, готова ли она рисковать всем ради свободы и возможности построить настоящую семью с тем, кого любит.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Маша исчезает из жизни влиятельного и опасного мужа, инсценировав собственную смерть. Год спустя подруга обнаруживает её живой. Теперь героине предстоит раскрыть правду о своём побеге и понять, готова ли она рисковать всем ради свободы и возможности построить настоящую семью с тем, кого любит.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Маша исчезает из жизни влиятельного и опасного мужа, инсценировав собственную смерть. Год спустя подруга обнаруживает её живой. Теперь героине предстоит раскрыть правду о своём побеге и понять, готова ли она рисковать всем ради свободы и возможности построить настоящую семью с тем, кого любит.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Оба в тебя. Особенно Ян. Когда чем-то недоволен. Весь в отца. С его доминантными признаками: прямой разрез глаз, нос с узкой переносицей и широкими ноздрями, с тёмной густой шевелюрой, с графитовыми глазами-пуговками под изломом хмурых бровей… У дочери его улыбка. Как бы я хотела о нём не думать. Не вспоминать. Но это невозможно…
— Маш… Машенька… Прекрати. Не плачь. Ты чего? — Милана гладит мою кисть. — Папа живой. С ним всё окей. О чём ещё мечтать?
— Он не помнит меня, — с трудом разжимаю вилку, роняя её на стол.
Сделав глоток воды, сразу же перевожу тему, чтобы не заострять разговор на Руслане. Иначе снова накроет депрессией. А мне нельзя. У меня дети. Я должна жить ради них…
— Дядя Витя и меня не помнит, родная. Одну мамку твою покойную вспоминал. Много рассказывал о ней. Только те события, что были до их свадьбы. Дальше пробел. Не память, а чистый лист.
— Я хочу с ним увидеться, — озвучиваю собственно то, зачем я сюда приехала. — Я так соскучилась по нему. Георгий показывал папе мои фотографии. Он разглядывал их и спрашивал, кто я такая. Я до сих пор не могу в это поверить. Врачи сказали, что эти патологические изменения могут восстановиться после определенных профилактических работ. Поэтому я хочу увезти папу с собой. Он должен со мной общаться. Иначе ничего не изменится.
— Как ты это сделаешь? Тоже подстроишь его смерть? — нервно смеётся Милана.
— Ещё не знаю, — задумчиво ковыряю ножом рёбрышко. — Придётся что-нибудь придумать. Ешь, у тебя мясо стынет."
"Справившись со своим, я приступаю к десерту. Растирая языком по нёбу любимую ягоду, наслаждаюсь вкусом. Оцениваю уютный зал. Но стоит мне поднести ко рту очередную порцию сладкой земляники, как мой взгляд стопорится на открывшейся стеклянной двери. Ошпаренная кипятком, замираю с ложкой у губ. И кажется даже перестаю дышать, хоть и сердце разгоняется в груди до нереальной скорости. Колотится, как сумасшедшее, быстро-быстро…
— Божжжеее, прикрой меня! — пискнув, сползаю под стол.
Глава 1
Маша
— Божжжеее, прикрой меня! — пискнув, сползаю под стол.
— Маш? — шокировано. — Ты чего?
— Тише ты, — шикаю. — Там ОН.
— Кто «он»? — Милана всё ещё тупит, а у меня пол уходит из-под ног.
— Кто-кто, конь в пальто. Руслан!
— Какой Руслан? Где? — и сразу же, словно очнувшись: — Ох, твою ж мать… Действительно… в пальто. Давай под стол, под скатерть ныряй. Он меня заметил, — в голосе чувствуется нервная ухмылочка.
— И?
— Смотрит сюда.
«Боже! Нет!» — у меня душа уходит в пятки. — «Ну какое ему дело до Миланы?»
Становлюсь на карачки. Руки и ноги дрожат. Подкашиваются. Инстинктивно лезу под скатерть. Веду себя, как ненормальная! И этот цирк наверняка отслеживает не только он…
Сердце грохочет так, что едва слышу окружающие меня голоса и звуки.
