Автор
Женщина оказывается в роли собственности миллиардера после интимной связи. Между ними возникает напряженная игра власти и контроля, где один доминирует над другой. Нарастает конфликт между желаниями и подчинением, а будущее их отношений остается неясным.
Я все еще стою, не шевелясь и пытаюсь хоть немного осмыслить все то, что сейчас произошло. Эмоции хотят взять верх над здравым смыслом, но я понимаю, что если сейчас позволю этому произойти, то у меня начнется неконтролируемая истерика.
Я не знаю, что делать. Действительно не знаю. Мне стоит продолжить собираться свои вещи или спуститься вниз и наконец все прояснить?
Мой взгляд опускается вниз, на чемоданы, напиханные моими вещами. Я пытаюсь восстановить дыхание и начать наконец соображать.
Даже если я сейчас спущусь с этими чемоданами вниз, то в лучшем случаи охранники их лишь поднимут обратно в комнату.
Я перевожу взгляд на кучу вещей, валявшуюся на полу, и понимаю, что у меня есть только один вариант. Самый правильный и адекватный.
Вся подготовка у меня занимает минут пятнадцать. Холодный душ помогает прийти в себя. Немного косметики скрывают опухшие от слез глаза и синяки под ними же.
На мне надето платье, которое точно не похоже на наряд прислуги. Я делаю глубокий вдох и открываю дверь комнаты.
Каждая новая ступенька на лестнице дается мне с трудом, потому чем ближе я становлюсь к столовой, тем отчетливее слышу женский голос и детский смех.
Когда я приближаюсь к столовой и вижу, что за столом сидит Барнс, его дочь и та неприятная женщина, внутри меня все сжимается, сердце начинает колотиться как сумасшедшее.
Они смотрятся как самая настоящая семья за завтраком. Семья… которой у меня никогда не было. Картина, о которой я мечтала все свое детство... Девочка так громко и заразительно смеется, что я замираю на месте и не могу сделать ни шагу. Как она меня воспримет? Посмотрит, как на врага, который хочет уничтожить всю эту идиллию?
- Эмма, - голос Барнса заставляет меня выйти из ступора. Моргнув, я вижу, что на меня смотрят три пары глаз и от этого становится еще более неловко.
Я силой заставляю себя идти вперед и подойти к столу. Дыши Эмма, дыши...
- Доброе утро, - произношу первое, что приходит мне в голову, потому что, что еще говорить я просто не знаю. Не имею никакого понятия.
Женщина, не стесняясь дает мне понять, что мое появление ее не то, что не радует, оно ее раздражает.
- Эмма, познакомься — это моя дочь Арина, - Ричард произносит ее имя таким тоном, которого я никогда не слышала. В нем столько тепла, что я сразу понимаю, насколько она ему дорога.
- Ари, - девочка мне тут же улыбается, - меня зовут Ари, а тебя Эмма? - она смотрит на меня с интересом, и я слегка выдыхаю. В ее взгляде нет вражды и ненависти ко мне.
