Автор
В заслышанных шагах и холодной луне прячется нечто таинственное: убийца или случай? В спальне плащом прикрытая женщина кажется симпатичной, но страшные шорохи и скрип заставляют вспомнить о мрачных последствиях неладов. Кроваво-красные туфли на высоких каблуках гонят тревогу по всем кровеносным путям....
Блеска в глазах, дыхания… Знала бы она, что до нее никто не лежал на моем диване… И никого я не кормил ужином, никого так жадно, до радужных кругов перед глазами не целовал…
— Пойду открою дверь курьеру, Дина. Забыл, что отключил домофон.
Укрываю ее простыней и спешно натягиваю трусы. Принимаю пакеты с едой и отношу их в кухню.
Вынимаю из шкафа тарелки, вилки, разливаю по стаканам сок. И только потом замечаю девчонку, смущенно стоящую в дверном проеме… Сердце сжимается от нежности.
— Присаживайся, чего тебе положить? — приглашаю гостью к столу, замечая, как пылают ее щеки.
— Спасибо. А ты всех эскортниц кормишь ужинами? — тихо произносит она.
— Да, всех. Я добрый парень, Дина.
Не знаю, что на меня опять находит? Вместо того чтобы затолкнуть дерьмо поглубже, я охотно демонстрирую девчонке границы собственной глупости.
— Я заметила, — вздыхает она и садится на краешек стула.
— Давай поедим спокойно.
— Я могу… Можно мне потом воспользоваться душем?
— Конечно. Составлю тебе компанию.
— Что? Зачем? Я… Я никогда…"
"— Никогда не мылась вместе с мужчиной в душе? Твои клиенты предпочитали сохранять границы?
Ну вот, опять. Черт бы побрал мой язык!
— Вот именно. И тебе советую поступать так же.
— Я сам решу, как мне поступать. За мои деньги. И я буду решать, как и что…
— Я поняла, Тиран Александрович, — шелестит она.
— Снова Тиран?
— Ну я же Дина? Почему я не могу придумать тебе прозвище?
Не в бровь, а глаз…
— Хорошо, если тебе не нравится, я буду называть тебя Крис.
— Мне плевать. Хоть Машей называйте.
— А мне нет! Не хочу быть Тираном.
Мы молча едим. Я чертовски голоден, да и Крис с удовольствием поглощает суши. Быстро опустошает стакан с соком и поднимается с места.
— Я в душ.
— Я с тобой.
— Черт… Хорошо, раз вы платите… Извините, Тимур Александрович, я не права.
— Мои желания, говоришь? — сиплю, ощущая, как глаза затапливает чернота. — Идем.
Хватаю ее за руку и волочу в ванную. Срываю с девчонки рубашку и припадаю губами к нежной шее. Так сильно ее хочу… И не хочу, чтобы между нами продолжалась вся эта херня. Разве что немного…Когда-то же ей надоест?
Подталкиваю девчонку к холодной кафельной стене и нависаю сверху.
