Освоившись в новом мире, Софья продолжает возрождать боярский род Изотовых, главой которого невольно стала. Казалось бы, жизнь практически вошла в колею. Да вот только враг, желающий уничтожить юную боярыню, еще не найден. Непонятны и планы брутального князя Южного. Могущественный мужчина помогает, не прося ничего взамен. Но так ли бескорыстна его помощь?Книга вторая....
Лошади мне нравились, а вот запахи пота и их жизнедеятельности нет.
Покинув автомобиль, Никита цепким взглядом осмотрел стоянку, плотно заставленную машинами, и многочисленных людей, направляющихся к входу на ипподром. Неодобрительно поморщившись, взял за руку Катеньку, затем вопросительно посмотрел на меня.
— Не нервничай, — негромко произнесла, не отрывая спокойного взора от юноши. — Ничего здесь не случится.
Не разделяя моего оптимизма, парень нахмурился и вновь неодобрительно качнул головой. Он — воин, но не профессиональный телохранитель.
Подбадривающе улыбнувшись, я пошла по направлению к входу. Заняв место за моей спиной, Никита вместе с довольной до невозможности смущенно краснеющей Катенькой шел несколько левее, отставая всего на пару шагов.
Возле центрального входа поджидал лично боярин Лемешев. Галантно поприветствовав, он окольными путями сопроводил нас на лучшие места для ВИП-персон.
Немного подавшись вперед, я улыбнулась сидящей рядом подруге и с молчаливым укором посмотрела на напряженного Никиту. Ну и чего волновался?
Глубоко вздохнув, юноша чуть нахмурился и переместил себе на колени руку беспрестанно краснеющей Катеньки.
В сердце кольнуло, и на душе внезапно стало горько. Я просто была не в силах сейчас смотреть на счастливые лица влюбленных.
Услышав сигнал к первому забегу, повернулась к беговым дорожкам.
Клички красивых, статных животных, высвечивающиеся на табло, сменяли друг друга, а неприятный запах становился все сильнее.
Внезапно резкий порыв ветра принес слишком концентрированный аромат. Поморщившись, неожиданно услышала рядом приятный мужской голос:
— Люблю лошадей, но запах…
Быстро повернув голову направо, удивленно приподняла бровь.
Выглядел незнакомец лет на двадцать пять. Но, приглядевшись к черным глазам, резко контрастирующим с практически белоснежными волосами, я поняла — ему гораздо больше. Не знаю почему, но этот человек не внушал доверия. Даже больше — умудрился вызвать резкую антипатию.
