Софья шарахнулась от знакомого человека, который уже успел стянуть пиджак и рубашку. В темноте ее охватил другой мир — черная кожа тела, холодный металл в ухмыляющейся руке. Это было не то чтобы привычное трепыхание в постели, а что-то извращенное и пугающее. Словно она перешла границу между двумя реальностями....
Вместе с ним впервые познала огромную, безграничную любовь. Моя душа ликовала: вот оно, вот оно счастье! Не знаю, к какой женщине Игорь испытывал это поистине волшебное чувство, но оно было прекрасно.
Внезапно нахлынувшая адская боль утраты оказалась невыносимой. Не в силах терпеть запредельные страдания мужчины, я закричала. Все вокруг вновь ярко вспыхнуло и погасло.
Понятия не имею, сколько прошло времени. Обессиленная, я лежала на спине, а надо мной нависал живой и невредимый Разумовский. Как и когда он окончательно пришел в себя и мы поменялись местами, не помню.
Вяло удивившись куда-то подевавшемуся туману, посмотрела на Игоря. На окаменевшем лице мужчины не отражались никакие эмоции. В душе моментально все оборвалось.
Боже, я ведь видела его жизнь! Неужели он видел мою?! И теперь знает… что я из другого мира?!
Не промолвив ни слова, князь отстранился. Отвернувшись, быстро натянул приспущенные брюки, прошелся по комнате, поднимая неизвестно когда разбросанные в разные стороны мои ботинки, затем штаны.
Заметив рядом трусики, я торопливо их надела. Встав, взяла из рук подошедшего мужчины джинсы и обувь. Одевшись, кивком поблагодарила за поданное пальто.
Встретившись с ним взглядом, спокойно сказала:
— Давай забудем произошедшее, и дальше каждый продолжит жить своей жизнью.
— Нет, — лаконично ответил хозяин Южного княжества. — В этой комнате ты сделала выбор. Теперь я стану поступать так, как считаю нужным, — не отводя взора, поразительно хладнокровно добавил: — Ни один мужчина, кроме меня, к тебе больше не прикоснется, — чуть повернув голову, не повышая голоса хлестко приказал: — Дух, открой проход!
— Слушаюсь, господин, — внезапно ответил невидимый орел.
Не поняла? С чего вдруг князь отдает приказы духу боярского рода? А тот еще и слушается!
Нахмурившись, попыталась разобраться в происходящем. Не вышло. В голове была жуткая каша.
Тем временем свет редчайшего турина на одной из стен замерцал. Через миг вновь появилась уже знакомая дымка прохода.
— Господин! — едва мы вышли в усыпальницу Изотовых, встревоженно-радостно воскликнул Савелий.
— Рад тебя видеть, — заметно потеплевшим тоном отозвался князь. А затем, пристально глядя на приближающегося слугу, велел: — Рассказывай.
Остановившись в паре шагов, Савелий внимательно посмотрел на князя, после — на меня. В глазах мужчины отчетливо читалось удивление.
