Софья шарахнулась от знакомого человека, который уже успел стянуть пиджак и рубашку. В темноте ее охватил другой мир — черная кожа тела, холодный металл в ухмыляющейся руке. Это было не то чтобы привычное трепыхание в постели, а что-то извращенное и пугающее. Словно она перешла границу между двумя реальностями....
Не хотел портить репутацию рода Изотовых, — помолчав, садист пристально вгляделся в мое лицо, затем проникновенным голосом поинтересовался: — Слышала о «Пороке», дражайшая супруга? — заметив промелькнувшую тень испуга в моих глазах, многозначительно усмехнулся: — Приятно иметь дело с образованным человеком.
От очередного приступа боли я неосознанно сжалась в комочек, а сердце обдал холодом липкий страх неизвестности. Что урод еще задумал?
Меж тем, посидев с глубокомысленным видом, Потемкин спокойно сообщил:"
"— Сегодня я дал тебе последнюю дозу.
— Тебе-то какой с этого прок? — в моем голосе отчетливо слышалась лютая ненависть.
— Милая, ты беспокоишься обо мне? — мужчина обаятельно улыбнулся. — Не о том думаешь.
— Тварь, — сорвался с губ тихий стон. А затем очередная спираль боли выкинула из реальности.
Медленно возвращаясь из пучины страданий, привычно ощутила жадный взгляд маньяка и с трудом расслышала «заботливый» голос:
— Пока с твоими сестрами ничего не случилось.
Надежда на спасение вспыхнула мгновенно, на короткий миг заслонив боль. О, если бы он дал мне возможность пообщаться хоть с кем-то!
— Пожалуй, разрешу тебе поговорить по телефону со своим Василием. Вдруг это поможет принять правильное решение? — поразительно беззаботно поведал Потемкин. Не веря своему счастью, я превратилась в слух.
