Софья шарахнулась от знакомого человека, который уже успел стянуть пиджак и рубашку. В темноте ее охватил другой мир — черная кожа тела, холодный металл в ухмыляющейся руке. Это было не то чтобы привычное трепыхание в постели, а что-то извращенное и пугающее. Словно она перешла границу между двумя реальностями.
А вот к старшему Разумовскому… Врать себе не хочу и не собираюсь: я не пылаю страстью. Он мне просто нравится. И лгать князю, как предлагал Краснопольский, критично не хотелось.
Отец и сын… Отчего судьба так упрямо сталкивает то с одним, то с другим?
Мысли круто свернули с князей Разумовских на собственный род. Обида на близких кольнула сердце.
Поймав в зеркале взгляд Савелия, спокойно спросила:
— Скажите, вам, случаем, неизвестно, как обстоят дела на моем руднике?
— Все без изменений, — мгновенно доложил мужчина.
— Отлично, — скупо улыбнулась. — А мои сестры? О них что-то знаете? — в голосе проскользнула тревога.
— Живы-здоровы, — помедлив лишь миг, успокоил Савелий. — Начали опять ходить в школу. Екатерина Юрьевна и ваш, — он замялся, — Егор Николаевич одновременно претендуют на опеку.
— Ясно, — кивнула и вновь повернулась к окну.
Малышки не упали духом, очень хорошо. Боялась, сломаются. Две смерти в семье за короткий промежуток не каждый взрослый выдержит: сначала мать, потом я.
Воспоминания о близняшках разлились теплом по сердцу. Соскучилась по ним неимоверно. Но даже просто увидеться с девочками сейчас не могу себе позволить. Не имею права и не собираюсь рисковать. Мало ли чем обернется встреча для сестер? Да и для рода. Прежде мне нужно юридически воскреснуть. Только как это сделать в экстренном порядке?
В этом мире такие вопросы решаются через суд. О подобной практике однажды рассказывал партнер по бизнесу. Звучало лютым бредом, оттого и запомнила. Ходить, дышать — и доказывать суду, что не мертва. Идиотизм. Но закон есть закон, с ним не поспоришь.
Потемкина, как ближайшего родственника, непременно вызовут на судебное заседание. И все, я опять окажусь в руках садиста.
Что же делать?
Множественные проблемы слиплись в один гигантский ком. Юридическое признание живой — полдела. Как после избавиться от Потемкина? Развестись не вариант. Закон не запрещает, но по местным традициям буду считаться опозоренной. И моей репутации, и репутации рода Изотовых конец. Я ведь глава.
Может, по-тихому «заказать» мерзавца?
Непроизвольно скрипнула зубами. Я страстно желала ему смерти. Причем, крайне мучительной. Да вот только, подозреваю, за Потемкиным стоит кто-то могущественный. Муженек терзал меня, требуя подписать документы на продажу месторождения, и надо быть полной идиоткой, чтобы не понимать очевидного: он действовал по чьей-то указке. И этот «кто-то» совсем не прост.
— Софья Сергеевна, прибыли.
