В мир, где сердце может зажечь свет, и каждое движение вызывает шквал волнений — вот где нарисовался Софья. Внутренний синий огонек стал главным проводником в другом мире, полном неожиданностей и тайн. Черно-красная пелена скрывала реальность под слоем нереального, а сама жизнь — шокирующая череда событий сменялась мгновенными прозрениями....
Но одно блюдо сменяло другое, а могущественный мужчина, определенно наслаждаясь превосходно приготовленным кушаньями, вел диалог… ни о чем.
Аккуратно отрезая очередной небольшой кусочек от сочного стейка, Михаил умело поддерживал светскую беседу. Лишь изредка он поглядывал на лежащий подле левой руки князя артефакт: таинственно мерцая призрачно — зеленоватым светом, тот защитным пологом накрывал пространство внутри кабинки для важных персон. Услышать разговор мужчин никто не мог, но сами они окружающих прекрасно слышали.
Вот уже несколько минут из — за запертой тонкой двери доносились густые, насыщенные, немного строгие звуки скрипки и все больше тревожили душу юноши. Михаил слушал мелодию, жевал с невозмутимым выражением на лице и размышлял, зачем же его пригласил князь Южный.
Предположения, конечно же, были, как радужные, так и диаметрально противоположные. Однако Игорь Владимирович не спешил их подтверждать или опровергать. И юноша, не выказывая ни тени нервозности, терпеливо ждал. Это, как и многое другое, он научился делать очень хорошо.
— Все никак не могу уговорить местного шеф — повара перейти ко мне на службу, — с искренней досадой произнес князь. — Сам ресторан мне не очень, — он неодобрительно поморщился. — Только из — за кухни и захожу. Повар просто виртуоз, — добавил, положив столовые приборы на тарелку.
Если бы вышколенный официант сейчас находился рядом, то непременно порадовался. Владыка княжества положил вилку с ножом в центре тарелки, параллельно друг другу: блюдо понравилось.
— Отчего не соглашается? — деликатно поинтересовался Михаил.
— Владеет рестораном его родной брат, — усмехнулся князь и пристально посмотрел в глаза юноши. — Кстати, о родстве…"
"Под внимательным взглядом собеседника он повернулся к стоящей подле столика одинокой вешалке. Запустив руку в карман своего длинного черного пальто, достал сложенный вчетверо лист бумаги и протянул юноше.
Осторожно взяв, тот медленно развернул документ. Скользнув взглядом по гербу, вчитался текст, а закончив, поднял взор на светлейшего князя и несколько мгновений сидел недвижимо.
Этот момент он прокручивал в голове не одну тысячу раз, фантазировал, как все произойдет. Когда был ребенком, мечтал, что это случится в огромном зале в присутствии суровых воинов. Услышав, кем он на самом деле является, воины немедленно падут на колено и склонят почтительно головы. Став подростком, представлял, что это произойдет в торжественной обстановке где — нибудь в родовой резиденции.
