В перерывах нас отвлекают по рабочим моментам. Утренняя головная боль к вечеру просто разрывает черепушку. И я решаю спрятаться от всех этих высокопоставленных лиц и побыть немного в тишине.
– Сириус, будь душкой, принеси фруктов, – прошу я, сворачивая к лестнице, так как ко мне несётся Поллукс с горящими глазами. Там явно что-то не терпящее отлагательств.
– Хорошо, – кивает он. – Ты к себе?
– Эм.. Да, – отмахнувшись, бегу по лестнице наверх.
– Ваше Величество! – окликает дворецкий, делаю вид, что не слышу. Но и ахернарец не отстаёт.
– Ваше Величество! – орёт ещё откуда-то Ран и присоединяется к забегу на дальние дистанции.
Рычу, запыхавшись от быстрого бега. Ну совершенно неспортивная я. Что за гадство?! Куда бы я ни шла, за мной несутся придворные и требуют уделить им время! Хочется всех перестрелять. Как вдруг одна из дверей открывается, меня хватают за кисть и, притянув к себе, отрезают от внешнего мира.
Тяжело дыша, таращусь выпученными глазами на Антареса. Это он меня спрятал и теперь прижимает к своему телу.
– Поллукс, куда побежала Её Величество? – спрашивает прямо возле нашей двери первый советник.
– Я её потерял, – отвечает дворецкий.
Закатив глаза, тяжко вздыхаю и утыкаюсь лбом в подбородок мужчины.
– Тш-шш, – успокаивающе поглаживает спину Антарес и шепчет: – Услышат.
– Алькор, где Ведана?! – ворчит бабушкин муж. – Сколько можно от меня бегать! Между прочим, у меня сверхсрочное дело.
– Её Величество отдыхает перед званым ужином в честь короля, – чопорно отвечает Алькор. – Что у вас за сверхсрочность? Возможно, я помогу вам.
Мы с Антаресом стоим очень близко друг к другу. Дышим в унисон и нагло подслушиваем причитания ахернарцев. Первый ворчит, что опять потерял несносную меня, а второй защищает. Мне в какой-то момент становится смешно. Беззвучно затрясшись, стараюсь подавить громкий смех. Антарес прикладывает пальцы к губам, закрывая рот. Поднимаю голову, смотря в синие глаза мужчины. Он тоже улыбается, отчего я, не сдержавшись, прыскаю. И за стенкой перестают причитать.
Нашу дверь внезапно распахивают. В этот же момент Антарес убирает пальцы с губ и, прижимая теснее к себе, целует. Я замираю, даже не дышу. Мужчина зарывается в волосы и закрывает нас ими, но поцелуй не углубляет, просто прижимается губами к моим губам.
– Извините, Ваше Величество, – бормочет советник, выразительно кашлянув.
– Я вам говорил, Её Величество отдыхает! – укоризненно замечает Алькор, и меня вновь разбирает смех.
