В этой книге ты найдешь советы о том, как научиться прощать, начиная с собственных ошибок и окончательно переставляя акценты на светлые стороны жизни. Откройся чувствам жалости к себе и окружающим, шаг за шагом преодолевая упрямое желание вечно хранить обиды.
Подойдя к массивным воротам, я поправила слегка помявшийся костюм, посмотрела на мощные колонны дома и спросила хозяина:
– Вы этот дом покупали или строили?
– Уже готовым купил. Когда я задался целью приобрести дом, то посмотрел десятки домов, но никак не мог найти нужного. Смотрю, вроде и дом хороший, и расположение, но… душа не лежит, возникает какое-то внутреннее отторжение, и все. А этот увидел – и ни минуты не сомневался. Понял: мой дом.
– У меня такое с шубами бывает. И тоже существует понятие «моя» или «не моя» шуба.
Как только мы вошли внутрь, Юрий Константинович с особой гордостью провел нас по всем комнатам, обращая наше внимание на своеобразном стиле оформления каждой из них. Дом напоминал средневековый дворец – с дорогими подсвечниками, огромными люстрами, коваными спинками стульев и массивными деревянными лавками.
– Классно! – от чистого сердца восхищалась Галина и покраснела в тот момент, когда Юрий Константинович слегка коснулся ее плечом. – Вот это, я понимаю, дом! Не дом, а настоящий домина!
Вернувшись в гостиную, я села в кресло, выполненное все в том же средневековом стиле, и поджала под себя ноги, потому что такая поза была мне наиболее удобна.
– Этот дом стоит целое состояние.
– Я считаю этот дом хорошим вложением денег, – улыбнулся Юрий Константинович и для еще большей экзотики растопил камин.
– Да уж, Юрий Константинович, вы всегда могли удивлять! – Галина поправила свою прическу и посмотрела на мужчину преданным взглядом.
– Галя, Любаша, но неужели я такой старый?
Я сразу поняла, что мужчина хочет призвать нас к тому, чтобы мы прекратили называть его по имени-отчеству.
– Да вы в самом расцвете лет! – произнесли мы в один голос с Галиной.
– Тогда зовите меня просто Юрой.
– Просто Юрой?
– Конечно.
– Ой, просто вы мой бывший начальник, – еще больше раскраснелась Галина. – Сами понимаете, что на работе я вас иначе называть не могла.
– Галя, милая, давай забудем работу и то, что нас с тобой связывало.
