– Откуда ты все знаешь?
– Я нашел в замке чертежи лабиринтов на обратной стороне портретов Могучего Орраха и его предшественников. Лолибон не потрудилась внимательно рассмотреть картины правителей Тонг-Зитта, велев их спрятать в подземелье, а они хранили немало ценных тайн. Потом Солнце через Соргоса подсказала, какие из рисунков настоящие, а какие сделаны позже, специально, чтобы запутать искателей сокровищ.
– Когда-то Тонг-Зитт славился добычей горючих камней. Но сильнейшее землетрясение сгубило источник их богатства и толкнуло на захватнический путь развития – драконы стали совершать набеги на соседние государства. Кстати, этот лабиринт был создан не для того, чтобы запутать идущих в королевский дворец, а для защиты шахт, если какое-нибудь враждебное государство решит напасть и присвоить подземные дары.
Вода осталась позади. Беглецы шли по каменистому холму, но все еще оставались в пещере, которая значительно расширилась и освещалась солнечными лучами, пробивающимися через небольшие отверстия в ее своде.
– А почему мы идем через шахты? Разве по пути, по которому я бежала в прошлый раз, мы не быстрее добрались бы до четвертого лабиринта?
– Мне жаль, но бумаги с чертежами, где отмечен твой путь, попали в руки Лолибон, и по нему в первую очередь пустят королевских ищеек, а у входа нас будут ждать драконы Шотса. И помочь нам больше некому. Трактир «Пьяный дракон» сожгли, Солнцу и ее людям пришлось покинуть тайное убежище.
– И все из-за меня. – Роуз решила, что Петр говорит о той бумаге с рисунком четвертого лабиринта, который ей сунула в руки Салима, а она где-то ее потеряла. – Я всех подвела. И Солнце, и Санти, и Дори, и тебя…. От меня одни беды.
Петр остановился и повернулся к ней лицом.
– Не смей так думать, Роуз. Я еще не разобрался, что произошло в трактире, но не ты сейчас развлекаешься с королевой, не ты отдала ей чертежи с указанием путей через лабиринты, и не от тебя она узнает, что Солнце жива.
– Ты о Руффе? Но кто вручил ему чертежи и познакомил с Солнцем?
– В этом моя вина. Я неосмотрительно доверился бреужцу и вызвал его сюда.
– Петр, ты хотел отдать меня Руффу? Сначала Шотсу, а потом Руффу?
Роуз кивнула головой, обошла Петра и почти побежала вперед.
Все правильно. Петр хотел вернуть ее жениху. И только. Передал Руффу чертежи, отправил ее навстречу с ним, а сам, освободившись, пошел к Солнцу.
Петр догнал ее, тронул за плечо.
Роуз, не прекращая идти, опустила глаза и почти шепотом произнесла:
– Скажи, зачем ты пришел в ту ночь, когда отдал меня Руффу? Убедиться, что сплавил тяжкую ношу с рук?
– Я беспокоился о тебе. И да, я хотел убедиться, что тебе хорошо с любимым.
– Тогда я еще мог чувствовать тебя. Ты испытывала сильнейшую любовь к человеку, с которым находилась в кровати.