Высоко выбритые лбы и туго переплетные волосы – такое требование выставил он, выловив однажды из тарелки с супом длинный волос. Поначалу служанки стеснялись своих странных причесок, но позже это посчитали модным, и за бритву взялись даже те женщины, которые не работали в замке. А вскоре высокие лбы стали отличительной особенностью всех островитянок, чем они весьма гордились.
Принцессе принесли одежду из комнаты Леоль и ладно подогнали по фигуре.
Отправляясь назад в Лабиринты, новоиспеченная правительница не забыла о мешке, где лежали одеяло-оберег и детские вещички, вышитые руками Леоль – ей не терпелось показать их Петру.
Роуз прикусила губу. Где бы ни был Петр, она его найдет. Теперь, зная, как важна для Солнца власть, она заставит принцессу драконов подчиниться и отступиться от чужого жениха.
– Гриди приготовила и еду, и теплую одежду, не переживай. Я уверен, назад драконы полетят гораздо быстрее. Сколько дней вы сюда добирались? Два-три с остановкой на ночь?
– Алекс, спасибо, что сопровождаете меня. Око Оком, но мне не забыть, как Шотс хотел убить свою королеву. Вдруг драконы скинут и меня в море? Честно, мне немного страшно.
– Роуз, ты подарила им надежду вернуться домой, а Лолибон гнала их в чужие страны. Не переживай, я верю в силу Драконьего камня.
Произнося эти слова, Алекс подошел к той двери, что вела на площадь, и толкнул тяжелые створки. Они распахнулись и явили взору красных драконов. Те встречали свою повелительницу, приняв облик ящеров. Груженые скарбом и люльками склонили свои огромные головы, а парящие в небе приветствовали новую госпожу протяжным ревом. Ближайший дракон простер огромное крыло, приглашая Роуз подняться в королевскую повозку, что размерами и богатством убранства превосходила ту, в которой принцесса путешествовала вместе с Руффом.
Вспомнив о бреужце, Роуз обернулась к Алексу.
– Нет известий о Руффе?
– Его видели. Как я и предполагал, он сел на корабль, следующий на Иберийские острова, оттуда ближе до Андаута, а люди твоего дядя Уильяма обязательно помогут попавшему в беду принцу добраться до Бреужа.
– Союзник бежал, – с грустью заключила Роуз, кладя ладонь в протянутую руку Алекса.
– Ему с тобой не по пути. Лабиринты не то место, где можно блистать завитыми локонами и белозубой улыбкой.
– Где же вы были раньше, дядюшка, когда родители нас с бреужцем едва не поженили?
– Политика, милая. А потом, ты вроде бы была влюблена?
Роуз села на широкий диван, Алекс накинул ей на плечи подбитый мехом плащ.
– Командуй! – подсказал он и на прощание обернулся к стоящей на парадной лестнице кухарке Гриди, которая подушечками пальцев смахивала слезы. Стараясь сделать это незаметно, он послал ей воздушный поцелуй, на что женщина широко заулыбалась.