В плену опасности: Ивашко готовится к устранению главного героя, в то время как Весёлкин нацеливает группу захвата прямо на братьев лесных. Ситуация остро взвешивается между доверием и тревогой: главный герой понимает важность действий, но страх не покидал его.
А может, ты превратилась в фантазм, гипнотический мираж или электромагнитное чудо месмеризма?
Во взгляде Элеоноры я заметил промелькнувший испуг. Она быстро глянула на Весёлкина, проверив, заметил ли он, и тут же отвела глаза, отвернулась. А когда повернулась снова, выглядела равнодушно, даже немного пренебрежительно и шагнула в сторону, освобождая проход.
Ну, что же, надеюсь, я правильно её понял. Видим друг друга впервые в жизни, ранее не встречались. Это добавляло к происходящему охрененный элемент риска. Я никогда не верил в казино и фортуну, предпочитая игры, основанные на холодном расчёте, но теперь, видимо, нужно было рискнуть.
— Здравствуйте, товарищи, — совершенно спокойно сказал я.
Товарищи, а именно, гипнотизёр, доктор и ассистент ничего не ответили.
— Сюда проходите, — указал на стул в центре камеры худосочный ассистент.
— Прямо призывная комиссия, — усмехнулся я, разоблачаясь до формы одежды номер два.
Дальше всё пошло почти по Стиви Уандеру — осмотрен, опечатан, доставлен, я твой… Ну а потом понеслось самое интересное. Ассистент намешал коктейль и по команде доктора осуществил внутривенное струйное введение, не особо церемонясь.
Ну что, поиграем? Я осмотрел присутствующих тяжёлым взглядом исподлобья. Поиграем. Продолжайте думать, что правила игры диктуете вы.
— Выпил рюмку, выпил две, — угрюмо кивнул Грабовский, — зашумело в голове. Шумит?
— Врать не могу, шумит, — ухмыльнулся я.
Получилось недобро, словно я собирался всех их разорвать на клочки. Элеонора, поймав мой взгляд, чуть вздёрнула брови и едва заметно качнула головой, мол, вот ты какой, цветочек аленькой.
Коктейль потёк по венам, опьяняя, будоража, электризуя и практически окрыляя.
— Ред булл окрыляет, — подмигнул я Грабовскому.
Он внимательно следил за мной. Интересная штуковина. От этого снадобья я чувствовал, будто становился своим антиподом, своим недобрым отражением, типа мистером Джекилом. По вискам заструился пот, начала бить дрожь, потряхивания были весьма ощутимыми, впрочем, не настолько сильными, как на испытаниях в КПК.
— Думаю, можно начинать, — кивнул док.
— Прошу подождать снаружи, — хмуро кивнул Грабовский и присутствующие послушно пошли за дверь.
— Поговорим? — кивнул он.
