Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Союз-77. Книга 2. Мы одной крови» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Там вид был бы ещё лучше.
Это я его просто поддел, мне вид был не так уж и важен, честно говоря. Стоять долгие часы у окна, потягивая кампари, или что тут принято потягивать, я не собирался.
— Ну, знаешь, у нас тоже есть бюджет и пять звёзд только большим начальникам оплачивают. Но здесь тоже хорошо, надеюсь, тебе понравится. К тому же, тут совсем близко мост Риальто и до Сан-Марко пешком минут десять-пятнадцать. Опять же удобно отправиться туда, где нас ждут вечером. Кстати, здесь на завтрак подают просекко. В Венеции принято пить просекко с самого утра, — улыбнулся Хакан. — Так что можем за завтраком и начать.
— Как аристократы или как дегенераты? — вспомнил я Лёлика из «Бриллиантовой руки».
— Да, как аристократы, это правда, — не понял шутки Хакан и сделал вид, что про дегенератов просто не услышал.
— Тогда, если ты не против, я умоюсь и приму душ, а потом уже пойдём дуть кофе и просекко, кому что больше по вкусу.
На завтрак нам предложили круасаны и ещё кучу вариантов сладкой выпечки, а моя просьба подать яичницу с беконом недоумения не вызвала, но ждать пришлось довольно долго. Зато кофе был отличный. Можно даже сказать, роскошный. И я даже пропустил бокальчик шипучки. Стало приятно и немного смешно, потому что вся ситуация, весь этот сыр-бор — юги, итальянцы, лётчики, полицейские — были страшно далеки от повестки советского гражданина.
Мною овладело благодушие и Хакан немного расслабился, я заметил. Впрочем, это с его стороны было безусловно недальновидно. Впрочем, не исключаю, что он только притворялся.
— Ну что, пойдём гулять? Или ты хочешь сам? Видишь, я совершенно не давлю на тебя. Ты волен делать всё что угодно. Можешь всё бросать и бежать на вокзал, мчаться в Рим в советское посольство. Никаких проблем.
— Действительно, никаких, — усмехнулся я. — За исключением того, что кто-то забрал товар и деньги за него. И теперь это «никаких проблем» может, вообще-то превратиться в очень даже немаленькую проблему. Даже в целый комплекс неразрешимых и несовместимых с жизнью кризисных моментов."
"Ну, давай, как бы говорил я, вербуй дурашка, вербуй.
— Что сказать, — пожал он плечами, вроде как не особо был заинтересован в том, чтобы предложить оказание помощи в решении этих вопросов.
На самом деле, и мы оба это понимали, он был заинтересован во мне, а я в нём не особенно. Но игры они на то и игры, чтобы выполнять правила.
— Ладно, — сказал я поднимаясь. — Пойду посплю немного, а потом отправлюсь на прогулку. Желаешь со мной? Можем пойти вместе. Только за руки держаться не будем.
Я усмехнулся, намекая на турецкие обычаи. У них запросто два нормальных гетеросексуальных мужика могут гулять, держась за руки. Никакого интима, чисто проявление дружбы.
